Частная и общественная молитва

Полное собрание и описание: частная и общественная молитва для духовной жизни верующего человека.

О молитве частной и общественной

Бывает особенное настроение духа и некая особенная потребность — удалиться от взора людского и от шума мирского, чтобы наедине сладостно и беспрепятственно помолиться Милосердному Богу и излить душу свою пред Ним единым. Молитва, наедине совершаемая, называется частной. Такая молитва имеет особенную важность уже потому, что заповедана Самим Иисусом Христом: Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (Мф. 6, 6). И Сам Господь наш Иисус Христос любил уединяться для молитвы. Об этом повествует евангелист: И, отпустив народ, Он взошел на гору помолиться наедине; и вечером оставался там один (Мф. 14, 23); иногда же Он уходил в пустыню и там молился (Лк. 5, 16); иногда Он уединен¬но проводил целые ночи в молитве к Отцу Своему Небесному (Лк. 6, 12).

Уединенную молитву, по примеру Христа Спасителя своего, любили все подвижники благочестия, особенно посвятившие себя житию иноческому. В древности даже многие начальники обителей оставляли свои киновии и иногда на весь Великий Пост уединялись в пустыне, чтобы наедине сладостнее и умиленнее помолиться Богу, принести покаяние и омыть душу свою слезами сокрушенного сердца. Без всякого сомнения, много и теперь любящих сокровенную молитву, чьи вздохи, слезы и молитвенные подвиги одному Сердцеведцу известны.

К частной молитве относится и семейная молитва, которая обыкновенно совершается одним семейством или несколькими лицами, близкими между собой по родству или каким-либо отношениям. Такая молитва, получившая свое начало от патриархов, совершалась во все времена и ныне весьма часто совершается. Молитва семейная чрезвычайно поучительна и назидательна. При домашней молитве все члены семьи взаимно назидаются и утверждаются в вере и благочестии. Этот совместный подвиг спасительно действует на каждого; здесь благоговение и страх Божий от одного передается к другому. Каждый член семейства, видя, как молятся другие, убеждается их примером и сам делает то же. Особенно благотворно влияние семейной молитвы на юных членов семейства, когда старшие своим наглядным добрым примером утверждают их в добре, что сильнее всякого слова, всяких внушений, требований и даже угроз. Юные дети, видя благочестивую ревность старших, на целую жизнь неизгладимо запечатлевают в себе чувство богопочитания.

Общественная же молитва совершается обществом верующих под руководством служителей Церкви в определенном порядке и не иначе как по правилам церковным. Важность общественной молитвы очевидна, так как молитва эта получила свое начало от Самого Бога, Который через Моисея назначил древним израильтянам для общей молитвы и место, и время, и все необходимое для ее совершения. Сам Иисус Христос примером своим подтвердил важность общественной молитвы. Каждый праздник Пасхи Он приходил в Иерусалим и посещал святой храм (Ин. 2, 13—17); часто проповедовал в храме, постоянно оказывал особенное уважение храму, заботился об устроении в нем порядка и благочиния и, наконец, обещал особенное благодатное присутствие Свое посреди тех, которые собираются во имя Его (Мф. 18, 20).

Свидетели дел Христовых, проповедники Божественного Его учения — апостолы Христовы — сами совершали общие молитвы и вообще утвердили порядок и правила общественной, церковной молитвы. Первые христиане каждый день пребывали в храме на молитве (Деян. 2, 46). Наша Православная Церковь и по сей день со всей точностью соблюдает и хранит определенный чин и порядок богослужений.

Господь Бог многомилостив к нам, грешным! Он принимает от нас молитву и частную, и общественную, кто какую может принести по своему расположению духа, по своим нуждам и потребностям. Ты хочешь поплакать и излить душу свою пред одним Сердцеведцем, молись наедине, молись сокровенно; только молись искренно, благоговейно, со всецелой преданностью Господу Богу. Ты желаешь помолиться с домашней церковью, т. е. своим семейством, имеешь полную свободу и возможность. Однако совсем оставлять общественную молитву в храме никому нельзя. Здесь все мы совокупно являемся пред Богом, как дети пред Отцом, прославляем Его едиными устами и единым сердцем, здесь мы взаимно назидаем друг друга и поучаемся; но даже если кто и соблазняется из-за неблагоговения других, Господь поможет и даст ему молитвенное утешение. Здесь присутствие Божие бывает для нас наиболее ощутимо и очевидно. В целом мире нет места отраднее, чем место общественной молитвы — святой храм. Никогда и нигде в жизни мы столь не возвышаемся, как в храме на общей молитве, где мы уподобляемся Херувимам и Серафимам. Аминь.

Глава 35.

Общественная молитва должна быть краткой и конкретной. Бог не требует от нас длительных прошений, делающих молитву скучной. Христос не понуждал Своих учеников к утомительным церемониям и длинным молитвам. “Когда молишься, – говорил Он, – не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц останавливаясь молиться, чтобы показаться пред людьми” (Мф. 6:5).

Фарисеи устанавливали особые часы для молитвы; и когда, как это часто случалось, они в это время находились вне дома, они останавливались, где бы ни находились – это могла быть улица, рынок, толпа спешащих людей, – и громким голосом повторяли свои формальные молитвы. Подобная молитва, произносившаяся исключительно с целью самовозвеличения, вызывала безусловное осуждение у Иисуса. Однако Он не отрицал публичной молитвы; ибо Он Сам молился и с учениками, и совместно с множеством людей. Но Иисус подчеркивал Своим ученикам мысль о том, что их общественная молитва должна быть краткой.

Несколько минут – достаточно продолжительное время для любой обычной общественной молитвы. Бывают случаи, когда молитва особым образом составлена Святым Духом. Томящаяся душа жаждет Бога и стремится к Нему, дух борется, подобно Иакову, и не обретет покоя, пока не увидит особого проявления силы Божьей. В подобных случаях молитва большей продолжительности может оказаться уместной.

Мы слышим множество утомительных молитв, более напоминающих лекции, которые читаются Господу, нежели [176] обращенные к Нему просьбы. Будет лучше, если те, кто произносят подобные молитвы, ограничатся той, что Христос научил Своих учеников. Длинные молитвы утомляют слушателей и никоим образом не подготавливают их к последующему наставлению.

В собраниях можно часто слышать длинные, утомительные молитвы именно из-за пренебрежения тайной молитвой. Служителям не следует пытаться замаливать длительным прошением пренебрежение своими обязанностями на протяжении недели, в надежде загладить свою вину и успокоить совесть. Подобные молитвы часто сводят духовность других людей до низкого уровня.

Прежде чём подняться на кафедру, служитель должен обратиться к Богу в своей комнате, установив с Ним тесную связь. Там он может вознести свою жаждущую душу к Богу и освежиться росой благодати. Затем, получив помазание от Святого Духа и ощущая ответственность за души, проповедник не распустит собрание, не представив перед ним Иисуса Христа – единственное прибежище для грешника. Осознавая, что он, возможно, более не увидит этих слушателей, служитель найдет такие слова, которые дойдут до самого сердца. И Господь, Который знает сердца людей, дарует эти слова и поможет ему сказать их в нужный момент и действенно.

Благоговение в молитве

Кое-кто полагает, что молитва, возносимая к Богу обычным тоном, которым мы разговариваем с другими людьми, является знаком смиренности. Они оскверняют Его имя, постоянно упоминая в молитве – без всякой на то нужды и неуместно обращение “Боже Всевышний” – благоговейные, святые слова, которые позволительно произносить лишь смиренным голосом и с чувством преклонения.

Высокопарный язык неуместен в молитве, независимо [177] от того, произносится ли прошение за кафедрой, в семейном кругу или в личной молитве. Тот, кто произносит общественную молитву, в особенности должен использовать простые слова, чтобы слушающие могли понимать сказанное и присоединиться к прошению.

Именно исходящая из сердца молитва веры будет услышана на небесах и ответ на нее будет получен на земле. Бог понимает нужды людей. Он знает наши желания еще до того, как мы обращаемся к Нему с просьбой. Бог видит, как наша душа борется с сомнением и искушением. Он замечает искренность молящегося. Он примет смирение и скорбь души. “А вот, на кого Я призрю, – возвещает Он, – на смиренного и сокрушенного духом и на трепещущего пред словом Моим” (Ис. 66:2).

Мы имеем преимущество молиться с уверенностью, ибо Дух Святой облечет наши прошения в нужные слова. В простоте нам следует излагать свои нужды Господу и полагаться на Его обетования с такой верой, чтобы собрание почувствовало, что мы научились преуспевать с Богом в молитве. Для собравшихся будет ободрением поверить в то, что Господь присутствует в собрании. И тогда они раскроют свои сердца для получения Его благословений. Вера людей в нашу искренность возрастет, и они с готовностью будут слушать наставление служителя.

Наши молитвы должны быть исполнены нежности и любви. В своем стремлении обрести более глубокое и широкое понимание любви Спасителя мы будем просить Бога умудрить нас. Именно сейчас есть особая нужда в пробуждающих душу молитвах и проповедях. Конец всему близок. О, если бы мы как следует понимали необходимость искать Господа всем сердцем! Тогда бы мы нашли Его.

[178] Да научит Бог Свой народ тому, как следует молиться! Учителям наших школ и служителям наших церквей следует ежедневно учиться в школе Христа. Тогда они будут молиться ревностно, просьбы их будут услышаны, а ответ получен. Тогда слово будет провозглашаться в силе.

Наше положение во время молитвы

Как на общественном богослужении, так и в личной молитве мы имеем преимущество преклонить колени перед Господом, вознося к Нему свои прошения. Иисус, наш Пример, “преклонив колена, молился” (Лк. 22:41). О Его учениках говорится, что и они “преклонив колена, молились” (Деян. 9:40; 20:36; 21:5). Павел возвещал: “Преклоняю колена мои пред Отцем Господа нашего Иисуса Христа” (Еф. 3:14). Ездра преклонял колени, исповедуя перед Богом грехи Израиля (см. Езд. 9:5). Даниил “три раза в день преклонял колена и молился своему Богу и славословил Его” (Дан. 6:10).

Истинное благоговение перед Богом вдохновляется ощущением Его бесконечного величия и осознанием Его присутствия. Всякое сердце проникнется этим благоговением, ощущая Невидимого. Час и место молитвы священны, поскольку в ней присутствует Бог. Благоговение, проявляемое в нашем положении и жестах, усилит это ощущение святости. “Свято и страшно имя Его!” – возвещает псалмопевец (77с. 110:9). Ангелы закрывают лица свои, произнося это имя. С каким же тогда трепетом надлежит нам, падшим и грешным, произносить его своими устами!

И молодому, и старому полезно помнить слова Писания, которые показывают, как следует относиться к месту, отмеченному особым присутствием Божьим. “сними обувь твою [179] с ног твоих, – повелел Бог Моисею у горящего куста, – ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая” (Исх. 3:5). Узрев ангелов, Иаков воскликнул: “Истинно Господь присутствует на месте сем; а я не знал. это не иное что, как дом Божий, это врата небесные” (Быт. 28:16,17).

“А Господь – во святом храме Своем: да молчит вся земля пред лицем Его!” (Авв. 2:20).

Монотонные, напоминающие проповедь молитвы нежелательны и неуместны в собрании. Краткая молитва, вознесенная горячо и с верою, смягчит сердца слушателей; во время же длинной молитвы слушающие с нетерпением ожидают, когда же она кончится. Если бы служитель, произносящий такую молитву, уединясь в своей комнате, искал тесного общения с Богом до тех пор, пока не ощутил, что вера его способна соответствовать обетованию “Молись, и воздается тебе”, он был бы более конкретен в своей общественной молитве, обращаясь ревностно и в вере с прошением даровать благодать для себя и слушающих его.

По всем вопросам работы сайта обращайтесь .

Частная и общественная молитва

Епископ Варнава (Беляев). Основы искусства святости. Том 4

§ 3. Виды молитв: домашние и общественные молитвы.

Все молитвы можно разделить на домашние и общественные. Кроме сего, можно разбирать в отдельности дневные и «нощные» молитвы, что также имеет свое немалое, как увидим, значение. Особняком от всего этого стоит так называемая Иисусова молитва, ибо ее можно и должно творить всегда и везде — и днем, и ночью, и в церкви, и дома.

I. Домашние молитвы. Я начну с них, как с более обиходных, близких каждому (потому что случается и так, что и церковь действительно далеко бывает, и дела (а не лень — различать!) задерживают), и, наконец, лучше начать с них, как более простых по составу. Для нашей цели достаточно, если мы здесь сообщим только то, что требует св. Церковь от своих чад, приступающих к чтению «Молитвослова» 1 .

Домашние молитвы здесь начинаются с утренних. Это и понятно: начатки дня должны быть посвящены Богу. «. На утренних поучахся в Тя», — говорит пророк Давид (Пс. 62, 7). И еще: «Боже, Боже мой, к Тебе утренюю. » (Пс. 62, 2). И опять: «. и утро молитва моя предварит Тя» (Пс. 87, 14).

Приступать к утренним молитвам заповедуется не сразу, а после соблюдения некоторых правил. Об этом в «Молитвослове» говорится так:

«Воспрянув без лености, и истрезвися, восстав от сна, рцы сие: Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Аминь 2 . Потом постой мало молча, дондеже утишатся вся чувствы (у нас — после умывания и всего прочего, в отличие от подвижников, которые не раздеваются и не умываются. — Еп. Варнава), и тогда сотвори три поклона, глаголя: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного 3 . Также начало», то есть, исполнив все это, начинай читать утренние молитвы.

Понятно, что если таково начало утренних молитв, таковы подготовительные действия к ним, то еще строже должны быть требования к самому их чтению. Посему их должно читать медленно, не спеша, чтобы можно было прочувствовать каждое слово как совершенно новое, как будто читаемое в первый раз. А то привычка бегать глазами по знакомым-презнакомым строчкам не допускает благодати коснуться умилением грешного сердца, и оно остается без плода. Получается исполнение одной формальности, от которой толку не больше, чем от пресловутой буддийской молитвенной мельницы. Таким образом, счастье человека в его собственных руках: можно и при малом, неполном числе утренних молитв спастись, а можно, и читая их все, во всю жизнь не получить ни малейшей пользы, если только не навести еще на себя гнев Божий за нерадение (Иер. 48, 10).

Доказательство, так сказать, «от противного», почерпнутое из источников светской литературы, покажет почитающим последнюю превыше всего, как не должно молиться. В качестве примера можно взять печально прославившегося некоторыми своими вещами поэта Авзония, этого полуязычника-полухристианина, напоминающего типичного полуверующего интеллигента наших дней. Посему его опыт может быть поучителен и спустя 1500 лет.

Принадлежащая этому поэту известная длинная утренняя молитва (Oratio), начинающаяся со слова «Omnipotens», имеет такой, хотя и кощунственный, но в высшей степени характерный для настроения некоторых лиц конец:

Satis precum datum Deo,

Quamvis satis numquam reis

Fiat precatu numinis

Habitum foransem da, puer.

Discendum amicis esse have

Valeque, quod fit mutuum.

Довольно воздано молитв Богу,

Хотя грешным никогда не достаточно

Возносить молитвы Божеству.

Подавай верхнюю одежду, мальчик.

Пора сказать друзьям «здравствуй»

И «прощай» и получить от них то же 4 .

Нужны ли еще к этому какие-нибудь дополнения или объяснения.

В конце утренних молитв есть прекрасная по мыслям, глубокая по чувству покаяния и художественная по построению и стилю «Песнь полунощная ко Пресвятой Богородице». Пользуюсь этим обстоятельством, чтобы сказать несколько слов о нощной молитве*. (* Здесь текст рукописи обрывается. — Прим, составителя.)

. Далее следуют по порядку молитвы перед обедом и после обеда. Не мешает их привести полностью, чтобы дать, по крайней мере, хоть понятие о них, ибо в настоящее время не только в гостях, но и дома-то садятся люди за стол, не перекрестясь 5 .

Перед обедом полагается читать: «Отче наш», «Слава и ныне», «Господи, помилуй» (трижды), «Благослови». Настоятель или священник, благословляя пищу, произносит: «Христе Боже, благослови ястие и питие рабом Твоим, яко свят еси всегда, ныне и присно и во веки веков. Аминь». Миряне, конечно, эту последнюю молитву не произносят.

После обеда христианин произносит следующее благодарение своему Создателю и Подателю всяческих:

«Благодарим Тя, Христе Боже наш, яко насытил еси нас земных Твоих благ; не лиши нас и Небеснаго Твоего Царствия, но яко посреде учеников Твоих пришел еси, Спасе, мир даяй им, прииди к нам и спаси нас». «Господи, помилуй» (трижды). Если налицо есть иерей, то он заключает возгласом: «Благословен Бог, милуяй и питаяй нас от Своих богатых даров, Своею благодатию и человеколюбием всегда, ныне и присно и во веки веков. Аминь».

Мирянам можно возгласы священника, по принятому в других случаях обычаю, заменять словами: «Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас. Аминь» или: «Молитв ради Пречистыя Твоея Матере и всех святых Твоих, Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас. Аминь» в первом случае и «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, молитв ради Пречистыя Твоея Матере, преподобных и богоносных отец наших и всех святых, спаси мя грешнаго» — во втором .

Молитвы перед ужином и после оного иные.

Пред ужином молитвою служит 27-й стих 21-го псалма:

«Ядят убозии и насытятся, и восхвалят Господа взыскающии Его, жива будут сердца их в век века». «Слава и ныне». «Господи, помилуй» (трижды) и далее, как за обедом.

После ужина «Слава и ныне», затем:

«Бысть чрево Твое святая трапеза, имущая Небеснаго хлеба, Христа Бога нашего, от Него же всяк ядый не умирает, якоже рече всех, Богородительнице, Питатель» 6 .

После сего «Честнейшую», затем из псалма 91 стих 5 и из псалма 4 стихи 7-9:

«. возвеселил мя еси, Господи, в творении Твоем, и в делех руку Твоею возрадуюся. Знаменася на нас свет лица Твоего, Господи. Дал еси веселие в сердце моем: от плода пшеницы, вина и елеа своего умножишася. В мире вкупе усну и почию, яко Ты, Господи, единаго на уповании вселил мя еси».

«Слава и ныне», «Господи, помилуй» (трижды), «Благослови».

Священник: «С нами Бог, Своею благодатию и человеколюбием всегда, ныне и присно, и во веки веков. Аминь».

Наконец, имея намерение лечь спать на ночь, христианин читает молитвы на сон грядущим, положенные тем, которые идут ко сну. Насколько важнее и содержание, и глубина мыслей, и сила страшных слов в этих молитвах в сравнении со всеми предыдущими, и само время и обстоятельства суток, видно из того, что молитвы эти обставляются еще более серьезными условиями поведения, а монашествующие обязываются выслушивать их с непокрытой головой.

В начале этих молитв сказано, что их должно читать «со вниманием и умилением». Последнее новое качество и условие будут особенно понятны, когда мы проследим, как нарастает чувство страха Божия и трепета за неизвестное будущее у верующего к концу молитв и как оно разряжается наконец плачевным воплем в заключительной молитве св. Иоанна Дамаскина: «Владыко Человеколюбче, не ужели мне одр сей гроб будет, или еще окаянную мою душу просветиши днем? Се ми гроб предлежит, се ми смерть предстоит» и прочее 7 . Причем драматизация момента увеличивается еще более повелением Устава произносить эту молитву, указывая рукою на свою постель.

Когда все молитвы будут прочитаны, христианин должен «поцеловать крест свой, и перекрестить крестом место свое от главы и до ног, такожде и от всех стран» с молитвою Честному Кресту: «Да воскреснет Бог. »

Но и это еще не все. Церковь предписывает своему чаду, прежде чем заснуть, перебрать в мыслях весь предшествующий день. Наконец уж благословляет уснуть, с крестом и мыслию о дне Судном, на котором как-то еще ему предстоит оправдаться.

II. Общественные молитвы. Надо бы перейти к разбору более сложных молитв общественных. Но вопрос этот слишком разносторонен, объемист и важен, чтобы можно было ограничиться здесь несколькими строчками. Правда, предметы литургики не входят, собственно, в план и цели моей работы, однако нельзя и совсем оставить спасающихся в неведении относительно этой важной отрасли православно-церковной жизни — разумею богослужения. Ибо разумное усвоение основ последнего помогает и самому спасению. Слишком специальные и очень подробные сведения нам не нужны. <.>

III. Иисусова молитва. Совершенно особняком от всех вышеуказанных видов молитвы стоит «Иисусова молитва», ибо для нее не определены конкретное время и место, но ее всегда творят истинные подвижники.

Под вышеуказанным наименованием понимается обычно молитвенное воззвание к Господу Иисусу Христу следующими словами: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного (-ую). Иногда произносят ее и в сокращенном виде. Преп. Серафим Саровский вносил еще следующее разнообразие и дополнение в ее творение.

«Истинно решившиеся служить Господу Богу, — учит великий светильник земли Русской, — должны упражняться в памяти Божией 8 и непрестанной молитве ко Иисусу Христу, говоря умом: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного. В часы же послеобеденные можно говорить сию молитву так: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, молитвами Богородицы, помилуй мя грешного. Или же прибегать собственно ко Пресвятой Богородице, моляся: Пресвятая Богородице, спаси нас, или говорить поздравление ангельское: Богородице Дево, радуйся» 9 .

Прочие отцы творили еще и иные молитвы и учили тому других. До сих пор наиболее знаменитые из этих молитв, принадлежащие знаменитым отцам, оставались у нас в ежедневном обиходе.

Так, в молитвах на сон грядущим помещены в средине 24 молитовки св. Иоанна Златоуста, по числу часов дня и ночи, а в конце — молитва св. Иоанникия Великого: «Упование мое — Отец, прибежище мое — Сын, покров мой — Дух Святый. Троица Святая, слава Тебе!» Только мы теперь эти молитвы не часто повторяем (не говорю уже непрестанно), а раз в сутки. Но, конечно, не таково их первоначальное назначение.

Так как самая молитва не есть какое-нибудь заклинание (Бога или бесов — все равно, как думают последователи некоторых мистических иностранных и русских толков) и не слова сами по себе, хотя бы и божественные, производят в душе человека и в окружающем невидимом и видимом мире изменения, а вера и теплое чувство со стороны человека и всемогущая благодать — со стороны Бога, то в конце концов все равно какой молитвой, то есть какими словами, молиться, лишь бы вышеуказанные качества были при ней 10 .

Имя Божие — не Бог, но по вере нашей, действительно, привлекает к нам Бога. А иначе, зачем нужен и труд, чтобы, как выражаются, приобрести молитву? И какая разница была бы между совершенным, святым человеком и только что начавшим проходить молитву грешником? И тот и другой произносят ее устами одинаково, а однако у одного при этом Сам Дух Святой ее движет и присутствует в человеке (Рим. 8, 9, 26), а у другого едва ли не происходит только известное число колебаний воздуха или вибраций гортанных мускулов. Итак, если мы произносим устами имя Божие, не значит еще, что обладаем и Самим Богом, и, следовательно, безумно и даже богохульно и думать, что механическое воспроизведение слов (а механическим оно всегда будет без благодати, хотя бы в наличии находилось и умиление, и слезы, и теплота сердечная) 11 делает страстного богоносцем. Худшей прелести трудно представить. Где Бог, там присутствие Его не может остаться незамеченным, а здесь, при таком понимании дела, и Бог Сам, всем Своим Существом и Бытием присутствует якобы в словах (яснее скажу, в именах Божиих) молитвы, а человек точно не замечает этого, не становится лучше, а приходит в гордость, в любопрение, страстное, гневное раздражение и тому подобные состояния! 12 Странный результат от присутствия Божьего. Но из-за присутствия диавола он понятен.

Итак, повторяю, все равно, как бы ни молиться, лишь бы результат благодатный был. Однако святые отцы опытом дознали, что для большинства людей и особенно для немощных и слабых не всякая, без разбору принятая, молитва полезна. Не от нее вред, а от самого человека. Гораздо полезнее ему выбрать какую-нибудь одну определенную и ею заниматься. Разнообразие может быть допущено, но только в самом малом. И вот установилась и привилась, как наиболее содержательная, Иисусова молитва. В ней есть где и уму богословию поучиться («Иисусе Христе», «Сыне Божий»), есть где и сердцу выплакать свое чувство покаяния и просьбу о помощи («помилуй») и снизойти в бездну смирения («грешнаго»).

Молитва Иисусова не есть принадлежность исключительно монахов, но может читаться и мирянами. Простой народ, вообще понимающий и переживающий сердцем христианство глубже, чем интеллигенция, и в этом делании превзошел ее. По крайней мере, среди старцев и стариц из мирян нетрудно заметить творение сей молитвы, а среди интеллигенции и понятия о ней не сыщешь. Я говорю, понятно, про основную массу.

«Как бы ни проповедали Христа, притворно или искренно, — говорил некогда св. апостол Павел, — я и тому радуюсь и буду радоваться» (Флп. 1, 18).

По этой же причине и не допытываясь конкретно, как именно обстояло дело, и я привожу сейчас некое свидетельство из времен крепостного права о делании Иисусовой молитвы в доме одного помещика: «У одного из бар, у Головина, слуги должны были все делать, творя молитву Иисусову. Перед отходом его ко сну эту молитву читали внутри дома, а извне на нее другие слуги отвечали: Аминь”, и с этим словом начинали запирать ставни» 13 .

1. Разумею для мирян. У меня в обиходе имеется «Молитвослов» издания 1788 г., который я и буду цитировать, так как в нынешних изданиях не все молитвы содержатся.

2. Это молитва перед начатием всякого доброго дела для мирян, в то время как у иереев — «Благословен Бог наш».

3. Это есть так называемая Иисусова молитва (о ней речь будет идти ниже). Кто ею занимается, у того, понятно, она первая срывается с уст. И Церковь благословляет это.

4. Ausonius Decimus Magnus. Opera. Biponti, 1785. Ephemeris. О мировоззрении Авзония см.: Иванов. Ю. А. К вопросу о религиозном миросозерцании Авзония. Петроград, 1916. Здесь дается литература на эту тему и перевод вышеуказанного приведенного отрывка.

5. Хотя я и не знаток живописи, но картинок на своем веку просмотрел достаточно. И замечательно, что мне ни разу не попалась такая, чтобы принадлежала русскому художнику и чтобы изображала всю семью за общей молитвой перед обедом или ужином. Но в иностранной живописи такие сюжеты и темы видал, например «Застольную молитву» Элизы Гурзе (Hourse), «Хлеб насущный дай нам днесь» А. Анерта.

Что это? Отсутствие личного интереса у православных художников к таким темам или отсутствие таких сюжетов и явлений в самом быту? То и другое наводит на размышление.

6. Т. е. Сам Христос. См.: Ин. 6, 50-51.

7. См.: “Основы” Отдел III. Гл. 10. § 1. Послушание и старчество.

8. «Память Божия» — выражение не случайное, но термин, часто употребляемый в святоотеческих писаниях в качестве синонима для внутренней Иисусовой или какой-либо иной молитвы. Иногда ее еще называют внутренним, «тайным поучением». См. ниже цитату из аввы Исайи.

9. Денисов Л. Житие. преп. Серафима Саровского. М., 1904. С. 427. Наставление 10. О молитве.

10. Еп. Феофан (Затворник) очень часто, если не исключительно, в своих письмах учил духовных детей стараться приобрести лишь чувство вездеприсутствия Божьего и хождения перед Богом. Никакой молитвы, т. е. никаких слов, и не требовал. Но, конечно, его понимать не так должно, что он учит вообще «молитве без слов», не признавая совсем их значения; он говорил, что они лишни, но только в том смысле, что главное дело в молитве — это чувство смирения, сокрушения, сознания, что за ним надзирает Бог, а остальное (слова, форма выражения) хотя и нужно, но не главное. Случается, хотя и редко, что этой внешней формы и совсем не бывает (еп. Феофан сам приводит в пример такого человека, которого знал лично и который понятия не имел об Иисусовой молитве, а благодатные результаты ее, однако, опытом дознал: Письма. Вып. 1. М., 1898. С. 18. №. 12).

11. Всякую молитву можно и должно называть механической, даже при наличии умиления, если она таинственно не заквашена благодатью Св. Духа. Ибо умиление на первых порах может быть и от естества. А тогда какая ему цена? Нет никакой.

12. Фактические иллюстрации к сказанному см. в движении афонской смуты 1912 г. (имябожнической ереси). Троицкий С. И. Афонская смута // Прибавления к Церковным ведомостям. 1913. № 20.>

13. Крепостное право в России и реформа 19 февраля / Историческая Комиссия Учебного Отдела О. Р. Т. 3. под ред. А. К. Дживилегова, С. П. Мельгунова и В. И. Пичета. М., 1911.С. 69.

Заметили ошибку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Оценка 4.2 проголосовавших: 208
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here