Молитва лейб гусарских офицеров

Полное собрание и описание: молитва лейб гусарских офицеров для духовной жизни верующего человека.

Молитва лейб гусарских офицеров

„Молитва лейбъ-гусарскихъ офицеровъ“.

Въ «Библіографическихъ Запискахъ» 1858 года, № 11, пом ѣ щена была статья за подписью И. М—къ подъ заглавіемъ: «По поводу посл ѣ дняго изданія сочиненій А. С. Пушкина». Въ стать ѣ этой, ст. 337, говорится между прочимъ, что къ 1817 году относится не напечатанное стихотвореніе Пушкина: «Молитва лейбъ-гусарскихъ офицеровъ», над ѣ лавшая было большихъ хлопотъ поэту. Это есть, если не ошибаюсь, первое упоминаніе о принадлежности «Молитвы» будто бы Пушкину.

Посл ѣ того упомянутая «Молитва» съ отм ѣ ткою 1817 впервые напечатана была въ «Стихотвореніяхъ А. С. Пушкина», вышедшихъ въ Берлин ѣ въ 1861 г. (стр. 7) и сопровождалась (стр. 228—229) сл ѣ дующимъ прим ѣ чаніемъ: «Пушкинъ и его товарищи, въ посл ѣ дніе два года своего пребыванія въ Лице ѣ , сошлись весьма близко съ обществомъ офицеровъ Лейбъ-Гусарскаго полка, квартировавшаго, какъ и нын ѣ , въ Царскомъ Сел ѣ , и пос ѣ щали многихъ изъ нихъ весьма часто. Помянутая молитва, написанная на дежурств ѣ Завадовскаго, была поднята Пашковымъ. Оскорбленный въ лиц ѣ своего носа1), Пашковъ вскип ѣ лъ благороднымъ негодованіемъ и грозилъ побить Пушкина. Завадовскій, чтобы избавить Пушкина отъ непріятности, принялъ эти стихи на себя — и д ѣ ло грозило окончиться дуэлью. Это дошло до св ѣ д ѣ нія командира гвардейскаго корпуса князя Васильчикова, который созвалъ офицеровъ для объясненія, съ ц ѣ лію — помирить ихъ. Все д ѣ ло кончилось

т ѣ мъ, что на сходк ѣ благоразумная партія объявила это д ѣ ломъ дружескимъ, пустяшнымъ, а противная, боясь высказаться, промолчала и т ѣ мъ согласилась съ первой. (Сообщено Сабуровымъ)».

Наконецъ, В. П. Гаевскій въ стать ѣ своей: «Пушкинъ въ Лице ѣ и лицейскія его стихотворенія» («Современникъ» 1863, стр. 392—393) перепечатывая текстъ «Молитвы» и объясненіе Сабурова, высказываетъ предположеніе, что Завадовскій принялъ на себя составленіе этой «Молитвы», будучи польщенъ упоминаніемъ о его щедрости1); «Молитву» же считаетъ произведеніемъ Пушкина.

Однако посл ѣ дующіе издатели сочиненій Пушкина — Майковъ, Ефремовъ и Морозовъ — не признали «Молитву» принадлежащей Пушкину и, по нашему мн ѣ нію, вполн ѣ правильно, такъ какъ она и не могла быть составлена Пушкинымъ.

Въ доказательство этого перечислимъ фамиліи вс ѣ хъ упомянутыхъ въ молитв ѣ офицеровъ Гусарскаго полка, расположивъ ихъ въ хронологическомъ порядк ѣ поступленія въ полкъ. Списокъ этотъ составленъ по даннымъ, сообщеннымъ полковникомъ Манзеемъ въ III части «Исторіи лейбъ-гвардіи Гусарскаго Его Величества полка», С.-Пб. 1859.

Князь Любомірскій, Константинъ Савельевичъ, 10 дек. 1806—27 окт. 1817 г.

Крекшинъ, Димитрій Ивановичъ, 6 мая 1807—23 янв. 1821 г.

Баронъ Унгернъ-Штернбергъ, Отто Карловичъ, 6 мая 1807—22 янв. 1819 г.

Юшковъ, Іосифъ Ивановичъ, 29 дек. 1809—31 окт. 1821 г.

Молоствовъ, Памфамиръ Христофоровичъ, 29 дек. 1811—29 янв. 1823 г.

Слатвинскій, Петръ Ивановичъ, 2 іюля 1812—11 ноября 1823 г.

Поповъ, Александръ Васильевичъ, 21 окт. 1812—21 янв. 1827 г.

Кругликовъ, Иванъ Гавриловичъ, 16 дек. 1812 г.—14 янв. 1826 г.

Баронъ Кнабенау, Иванъ Ѳ едоровичъ, 17 дек. 1815—17 окт. 1817 г.

Ховринъ, Николай Васильевичъ, 7 марта 1816—9 авг. 1819 г.

Чаадаевъ, Петръ Яковлевичъ, 5 апр. 1816—21 февр. 1821 г.

Баронъ Оффенбергъ, Ѳ едоръ Петровичъ, 10 апр. 1816—11 ноября 1819 г.

Баронъ Оффенбергъ, Иванъ Петровичъ, 10 апр. 1816—29 января 1823 г.

Сабуровъ, Яковъ Ивановичъ, 10 апр. 1816—14 окт. 1819 г.

Сабуровъ, Андрей Ивановичъ, 10 апр. 1816—8 ноября 1827 г.

Сабуровъ, Александръ Ивановичъ, 10 апр. 1816—7 іюля 1826 г.

Тютчевъ, Степанъ Николаевичъ, 10 апр. 1816 г. — 19 марта 1826 г.

Каверинъ, Петръ Павловичъ, 18 авг. 1816—17 марта 1819 г.

Гротъ, Ѳ едоръ Ѳ едоровичъ, 27 окт. 1816—23 окт. 1827 г.

Микешинъ, Димитрій Алекс ѣ евичъ, 8 ноября 1816—9 марта 1832 г.

Соломірскій, Павелъ Димитріевичъ, 6 дек. 1816—4 дек. 1839 г.

Зубовъ, Алекс ѣ й Николаевичъ, 23 февр. 1817—18 янв. 1822 г.

Князь Салтыковъ, Иванъ Димитріевичъ, 2 іюня 1817—12 дек. 1822 г.

Пашковъ, Андрей Ивановичъ, 22 іюня 1817—27 февр. 1826 г.

Князь Барятинскій, Александръ Петровичъ, 28 іюня 1817—12 іюля 1826 г.

Ильинъ, Димитрій Васильевичъ, 22 янв. 1818—11 окт. 1823 г.

Графъ Завадовскій, Василій Петровичъ, 18 февр. 1818—18 ноября 1822 г. изъ камеръ-юнкеровъ Двора Его Величества.

Гернгроссъ, Самуилъ Ѳ едоровичъ, 11 марта 1818—22 іюля 1822 г.

Сл ѣ пцовъ, Николай Серг ѣ евичъ, 13 апр. 1819—26 авг. 1831 г.

Рахмановъ, Николай Ѳ едоровичъ, 30 окт. 1819—21 янв. 1827 г.

Изъ обзора этого списка явствуетъ, что «Молитва» гусарскихъ офицеровъ не могла быть составлена ран ѣ е 1819 года, когда въ полкъ поступили Сл ѣ пцовъ и Рахмановъ и числился въ полку графъ Завадовскій, поступившій въ феврал ѣ 1818 года.

Стихотвореніе это, породившее неудовольствіе между офицерами, сд ѣ лалось изв ѣ стнымъ командиру гвардейскаго корпуса И. В. Васильчикову, который въ недатированномъ письм ѣ къ начальнику штаба князю П. М. Волконскому сообщалъ:

«Le comte Zavadofsky, officier de ce régiment, s’est permis d’écrire dans un des livres du Corps de garde du régiment des épigrammes sur la plupart de ses camarades»1).

Такимъ образомъ, молитва вписана была Завадовскимъ въ одну изъ книгъ полковой гауптъ-вахты, а не на отд ѣ льномъ листк ѣ , будто бы поднятомъ Пашковымъ.

И. В. Васильчиковъ назначенъ былъ командиромъ гвардейскаго корпуса 29-го сентября 1817 года, а въ это время Пушкина, покинувшаго Лицей, не было въ Царскомъ-Сел ѣ . Изв ѣ стно, что Пушкинъ изъ числа показанныхъ въ списк ѣ офицеровъ, находился въ особенно пріятельскихъ отношеніяхъ къ Каверину; памятникомъ этого осталась надпись поэта къ портрету Каверина. Чрезъ н ѣ которое время между пріятелями произошла размолвка. Каверинъ обид ѣ лся за отзывъ о немъ въ какомъ то стихотвореніи Пушкина, и посл ѣ дній вынужденъ былъ написать извинительное къ Каверину посланіе:

Забудь, любезный мой Каверинъ,

Минутной р ѣ звости нескромные стихи.

Комментаторы лицейскихъ стихотвореній Пушкина находили объясненіе этихъ его выраженій въ сл ѣ дующемъ стих ѣ «Молитвы»:

Но, такъ какъ несомн ѣ нно, что «Молитва» не принадлежала Пушкину, то для объясненія его посланія къ Каверину необходимо предположить, что имъ написаны были какіе-то до насъ не дошедшіе «нескромные стихи». Думать надлежитъ, что размолвка пріятелей продолжалась не долго, и добрыя ихъ отношенія возстановились, такъ какъ Пушкинъ упоминаетъ въ «Евгеніи Он ѣ гин ѣ » 1 гл., строфа XVI) о пирушкахъ съ Каверинымъ въ ресторан ѣ Талона.

Молитва лейб гусарских офицеров

  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 527 515
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 456 974

Посвящаю моему мужу

Читатель, очевидно, обратит внимание на то, с каким огромным временным разрывом вышли в свет первый и второй тома книги А. В. Тырковой-Вильямс. В предисловии О. Н. Михайлова подробно рассказывается, почему так получилось, что два тома одной и той же «Жизни Пушкина» относятся, можно сказать, к разным периодам современной истории. Естественно, двадцатилетний разрыв во времени не мог не сказаться на принципах издания. Уже одно то, что первый том вышел со старой орфографией, а второй с новой, о многом говорит сегодняшнему читателю. Издавая оба тома одновременно, мы постарались свести тексты воедино, не поступаясь в целом принципами предыдущего издания, не меняя авторского стиля и, по возможности, орфографии. Мелкие неточности (в датах, инициалах и т. д.) исправлены нами в самом тексте, более существенные оговорены в постраничных примечаниях.

А. В. Тыркова-Вильямс пользовалась теми собраниями сочинений Пушкина, которые сегодня уже недоступны массовому читателю. Она очень много цитирует черновые варианты пушкинских стихотворений, чтобы показать читателю, как скрытный Пушкин прятал от посторонних глаз самые глубокие и сильные свои переживания. По возможности мы сверили пушкинские цитаты по полному собранию сочинений, вышедшему в издательстве «Академия» в 1937 году. Явные опечатки и неточности (к сожалению, встречающиеся в издании 1928–1947 годов) нами исправлены. В тех же случаях, когда разночтения с академическим изданием полного собрания сочинений носят существенный смысловой характер, мы, естественно, оставляли вариант автора.

Орфография передает дух эпохи и психологию населявших ее людей ничуть не хуже, чем оригинальный текст. В советское время из нашего обихода были изгнаны прописные буквы, а значит, религиозность, почтительность, романтизм. Была словно бы нивелирована человеческая личность: ведь те слова, которые автор пишет с заглавной буквы, говорят о нем не меньше, чем вообще все, что он написал. Ариадна Владимировна Тыркова-Вильямс с заглавной буквы пишет все Пушкинское. Дай Бог, чтобы читателю передалась хотя бы частица той огромной любви к Пушкину, которая вдохновляла автора этой книги.

«ДВА ЧУВСТВА ДИВНО БЛИЗКИ НАМ…»

(Об А. В. Тырковой-Вильямс)

«Зимой мы жили в Петербурге, летом на Вергеже, в родовом Тырковском имении на Волхове. Вергежа для моих родителей, для всех нас семерых братьев и сестер, для наших детей была радостью и опорой. Через нее были мы глубоко связаны с деревенской, крестьянской, со всей русской жизнью. И с природой».

Так писала в своих воспоминаниях Ариадна Владимировна Тыркова-Вильямс.

«Любовь к родному пепелищу, любовь к отеческим гробам» вошли в ее жизненный состав, хочется думать, от Волхова, малой размерами, но могучей благодаря седой истории русской реки. Ведь на берегах Волхова и Господин Великий Новгород, и местопребывание первых русских князей – Старая Ладога, и существовавшая еще со времен Ганзейского союза пристань Гостинопольская, и древний Хутынский монастырь с могилой Державина, и его имение Званка, и поместье Аракчеева Грузино.

И имение Вергежа…

Тыркова-Вильямс и свой литературный псевдоним – Вергежский – подслушала у Вергежи. И язык, тот прозрачный русский язык, который питался ключевыми истоками озера Ильмень, сплавом дворянской культуры и крестьянского космоса. «Мне очень помогало то, – вспоминала она, – что я с раннего детства знала очень много стихов наизусть. Это развило во мне чувство русского языка. Мое писательское ухо сразу настораживается, когда я слышу неправильный ритм, корявую расстановку слов. И деревенская жизнь перепахивала душу. Чистый крестьянский говор, как освежающий ветер, сдувал мусор городских оборотов». Русский язык оставался для нее, как и для Тургенева, Бунина, воистину «надеждой и опорой» – в странствиях, скитаниях, долгих годах изгнания.

Ариадна Владимировна Тыркова-Вильямс прожила большую, полную драматических поворотов, исканий, увлечений и, можно без преувеличения сказать, счастливую жизнь. Она родилась в 1869 году в Петербурге, в старинной новгородской помещичьей семье (в новгородских летописях Тырковы упоминаются с XV века), и скончалась в 1962 году в Соединенных Штатах, в Вашингтоне, окруженная близкими, единомышленниками и почитателями.

Коротко знавший ее в последние годы жизни критик и прозаик Борис Филиппов писал: «Первое же впечатление, сразу при первой же встрече: умная, очень умная старая русская барыня. О, отнюдь не в «сословном» или ограничительном смысле этого слова. В самом прямом и точном: вот такими строилась наша жизнь и наша культура. Вот такие хранили ее традиции, ее устойчивость, ее цветение». Долгий путь, пройденный ею, – путь многих выдающихся русских людей: от либеральных и радикальных увлечений молодости – через прозрения политического и общественного деятеля – к идеям государственности, традициям великой отечественной культуры и духовности, тому, что Борис Филиппов удачно назвал либерально-консервативным началом жизни.

Истоки его уходят в дворянское вольномыслие. Дед Тырковой-Вильямс, хотя и служил в аракчеевских военных поселениях (они тянулись по другому берегу Волхова, напротив Вергежи), был просвещенным и гуманным офицером. На пыльном чердаке в ящике с его книгами внучка нашла чуть ли не первое парижское издание «Истории жирондистов» знаменитого французского поэта и политического деятеля Альфонса Ламартина. Тринадцатилетнюю девочку эти «рыцари свободы» заразили своим «человеколюбивым безумием».

Если отец, «крупный безденежный новгородский помещик» и мировой судья, кажется, не имел большого воздействия на семерых детей, то огромное любовное влияние оказала на них мать, широко образованная, увлекавшаяся живописью. «Она была убежденной шестидесятницей, – вспоминала Тыркова-Вильямс. – Либеральные взгляды она почерпнула из христианского учения и из книг». Не без ее участия девочка зачитывалась Некрасовым, его гражданской поэзией, его «Русскими женщинами». Впрочем, свободолюбивые веяния, дух просвещенного гуманизма царили и в гимназии княгини Оболенской, куда поступила Дина Тыркова.

Здесь она, по собственному признанию, «научилась дружбе».

Самыми близкими школьными приятельницами Дины Тырковой стали Вера Черткова, дочь обер-егермейстера, который смолоду увлекался идеями Герцена и тайно привозил его «Колокол», Лида Давыдова, вышедшая впоследствии замуж за одного из первых русских марксистов М. И. Туган-Барановского, и Надежда Крупская, будущая жена В. И. Ленина. «Эти три мои самые близкие гимназические подруги, – писала Тыркова-Вильямс, – принадлежали к совершенно различным кругам петербургского общества, но у всех, как и у меня самой, были дерзкие, беспокойные мысли. Это вообще свойственно юности. Но на нас действовала и эпоха; в ней шевелилась, таилась потребность к протесту, к резкой перемене в общественной жизни. К свободе мыслей и действий».

Таким образом, радикальные идеи шли не только от книг. А после убийства Александра II оказалось, что в покушении принимал участие и брат Ариадны Аркадий, который был сослан в Сибирь на пожизненное поселение. В том же 1881 году Дина Тыркова была исключена из гимназии за «худое влияние на учениц». В 1888 году, сдав экзамены за курс гимназии, она поступила в Петербурге на Высшие женские курсы и в том же году вышла замуж за корабельного инженера Альфреда Бормана. Брак оказался неудачным, и Ариадна Владимировна осталась с двумя детьми на руках, без профессии и почти без средств к существованию.

Тогда-то родился журналист, газетчик А. Вергежский.

«Мы жили в маленькой, дешевой квартире на Песках, – вспоминала Тыркова-Вильямс в своей мемуарной книге «На путях к свободе» (1952). – Вся жизнь была дешевая, похожая на то, что я, гимназисткой, видела у моей близкой подруги, Нади Крупской. Тогда я удивлялась, как могут они с матерью существовать в такой тесноте? Теперь пришлось понять. Часто и на житье не хватало денег. Работы почти не было. Я оторвала детей от обеспеченной жизни, и что же я им даю взамен?»

Новое в блогах

Вы можете вступить в сообщество одним кликом по кнопке справа.

9 оценок, 1068 просмотров Обсудить (8)

  • Регистрация
  • Вход

Войдите или зарегистрируйтесь для того, чтобы Ваш комментарий стал видимым для всех.

Зарегистрировалось 136 новых макспаркеров. Теперь нас 4958109.

“Звал друга Ленский на дуэль” (35 дуэлeй 37 летнего Пушкина)

Пушкина нелегко было испугать; он был храбр от природы и старался воспитать в себе это чувство.

Недаром он записал для себя одно из наставлений князя Потемкина Н.Н. Раевскому:

“Старайся испытать не трус ли ты; если нет, то укрепляй врожденную смелость частым обхождением с неприятелем”

1816 год (Лицей, спермотоксикоз, первая дуэль – дело семейное)

1. Пушкин вызвал на дуэль Павла Исааковича Ганнибала, двоюродного дядю и соседа по имению, у которого гостил.

Причина: Павел на балу увёл у 17-летнего Пушкина перезрелую девицу Лошакову, далеко не красавицу, со вставными зубами.

Друзья и родные уговорили вспыльчивого юношу помириться. А дядя сочинил экспромт:

Хоть ты, Саша, среди бала

Вызвал Павла Ганнибала,

Но, ей Богу, Ганнибал

Не подгадит ссорой бал!

Итог: дуэль отменена, примиренье, объятья, пирушка.

1817 год (выпущен из Лицея)

2. Пушкин вызвал на дуэль друга, гусара-поэта Петра Каверина.

Причина: шутливые стихи Пушкина“Молитва лейб-гусаров”.

На дежурстве графа Завадовского, Пушкин написал стихи на дюжину гусарских офицеров;

оброненная бумажка со стихами была поднята Пашковым, обидившимся на насмешку, обещая поколотить Пушкина;

Завадовский принял вину на себя, поссорясь с Пашковым, что едва не кончилось их дуэлью.

Многие гусары обиделись на Пушкина, включая Каверина, к которому относились следующие строчки из «Молитвы»:

Произошла размолвка и брошен вызов, но Пушкин написал извинительное к Каверину послание:

Забудь, любезный мой Каверинъ,

Минутной рѣзвости нескромные стихи.

Командир гвардейского корпуса, князь И.В. Васильчиков принял меры к примиренью остальных поссорившихся.

Размолвка приятелей продолжалась недолго, и добрыя ихъ отношенія возстановились, т.к. Пушкинъ упоминаетъ въ «Онѣгинѣ» (1 гл., строфа XVI) о пирушкахъ съ Каверинымъ въ ресторанѣ Талона.

Итог: дуэль отменена.

1818 год (Ода “Вольность”).

3. Пушкина вызвал на дуэль его друг и соученик по лицею, поэт Вильгельм Кюхельбекер.

Причина: Кюхельбекер был выведен из себя многолетними насмешками Пушкина.

Последней каплей явилась эпиграмма, высмеивающая фамилию Вильгельма.

Учитель и один из ближайших друзей Пушкина – Василий Жуковский принимал Кюхельбекера не очень охотно.

Однажды на вопрос Пушкина, отчего он не был на вечере, Жуковский ответил, что еще накануне расстроил себе желудок.

А потом добавил:

“К тому же пришел Кюхельбекер, притом Яков (слуга Жуковского) дверь запер по оплошности и ушел”.

Позже, Пушкин, встретив Кюхельбекера на балу, лукаво прочел ему свои новые стихи:

За ужином объелся я.

Да Яков запер дверь оплошно,

Так было мне, мои друзья,

И кюхельбекерно, и тошно.

Итог: оба выстрелили, но пистолеты были заряжены (друзьями) клюквою.

Пушкин очень не хотел этой глупой дуэли, но отказаться было нельзя.

Дельвиг был секундантом Кюхельбекера, он стоял налево от Кюхельбекера.

Решили, что Пушкин будет стрелять после. Когда Кюхельбекер начал целиться, Пушкин закричал:

— “Дельвиг! стань на мое место, здесь безопаснее”.

Кюхельбекер взбесился, рука его дрогнула и, сделав пол-оборота, он пробил пулей фуражку Дельвига.

— “Послушай, товарищ, без лести — ты стоишь дружбы; без эпиграммы — пороху не стоишь” — сказал Пушкин, бросил пистолет и хотел обнять К., но тот неистово кричал:

Насилу его убедили, что невозможно стрелять, ибо снег набился в ствол.

Итог: Кюхля стрелял, Пушкин отказался; поединок отложен, друзья помирились.

— Н.И. Греч, “Воспоминания старика”.

1819 год (Завершение “Руслана и Людмилы”, pанняя Всероссийская слава: 2 дуэли).

Причина: слуга Пушкина – Козлов ворвался пьяным в прихожую Корфа и пристал к его камердинеру, за что Корф слугу Пушкина и поколотил.

Корф язвительно ответил Пушкину:

«Не принимаю вашего вызова из-­за такой безделицы не потому, что вы Пушкин, а потому, что я не Кюхельбекер».

Итог: дуэль отменена.

Причина: Пушкин вызывающе вел себя в театре – громко зевал, шикал и кричал на артистов, разговаривал и т.д.

Денисевич, будучи соседом Пушкина по креслам, отечески пожурил его:

— “Молодому человеку нехорошо кричать в театре, мешать своим соседям слушать пьесу”.

Приезд Пушкина с двумя секундантами, гвардейскими офицерами (один из них, вероятно, П.А. Катенин) на квартиру Денисевича.

Вмешательство И.И. Лажечникова, уговорившего Денисевича извиниться перед Пушкиным.

Итог: дуэль отменена; извинился Денисевич.

(Впоследствии, в письме к кн. Вяземскому, Пушкин вспоминал об этой истории, как об одной из тех мальчишеских проказ, которые повторять не следует)

1820 год (замысел “Онегина”. 4 дуэли).

Причина: в Петербурге был пущен (графом Фёдором Толстым) слух, будто “Пушкина высекли в Тайной Канцелярии за оскорбление Государя в стихах”,

а Рылеев имел неосторожность повторить это в светской гостиной.

и лишь благодаря Чаадаеву отказался от этой мысли.

Об этом свидетельствует черновик письма Пушкина царю Александру I:

“Необдуманные речи, сатирические стихи [обратили на меня внимание в обществе], распространились сплетни, будто я был отвезен в тайную канцелярию и высечен.

До меня позже всех дошли эти сплетни, сделавшиеся общим достоянием, я почувствовал себя опозоренным в общественном мнении, я впал в отчаяние,

дрался на дуэли — мне было 20 лет в 1820 — я размышлял, не следует ли мне покончить с собой или убить Ваше Величество.

В первом случае я только подтвердил бы сплетни, меня бесчестившие, во втором — я не отомстил бы за себя, потому что оскорбления не было, я совершил бы преступление,

я принес бы в жертву мнению света, которое я презираю, человека, от которого зависело всё и дарования которого невольно внушали мне почтение.

Таковы были мои размышления. Я поделился ими с одним другом, и он вполне согласился со мной. —

Он посоветовал мне предпринять шаги перед властями в целях реабилитации — я чувствовал бесполезность этого.

Я решил тогда вкладывать в свои речи и писания столько неприличия, столько дерзости, что власть вынуждена была бы наконец отнестись ко мне, как к преступнику;

я надеялся на Сибирь или на крепость, как на средство к восстановлению чести.

Великодушный и мягкий образ действий власти глубоко тронул меня и с корнем вырвал смешную клевету.

С тех пор, вплоть до самой моей ссылки, если иной раз и вырывались у меня жалобы на установленный порядок, если иногда и предавался я юношеским разглагольствованиям,

всё же могу утверждать, что, как в моих писаниях, так и в разговорах, я всегда проявлял уважение к особе Вашего Величества”.

— июль — сентябрь 1825 г. (ориг. – фр.)

Впоследствии, за это же Пушкин вызвал на дуэль и самого сочинителя сплетни – графа Федора Толстого, см. ниже)

“Отметили дистанцию в 15 шагов, развели дуэлянтов по 10 и дали команду на сближение.

Видно было, что Рылеев нервничает. Пушкин рассчитал свои шаги так, что первым к барьеру подошел Рылеев и первым выстрелил.

Пушкин, остановившись после выстрела, поднял пистолет, спокойно прицелился в Рылеева и был уверен, что не промахнется, но злость прошла;

он поверил, что Рылеев не злословил в его адрес, а лишь констатировал слух.

Вдруг он будто услышал голос: “гений и злодейство – несовместны”.

…Поднял пистолет и выстрелил в воздух.

К нему бросились секундант и дядька. Пушкин отдал пистолет секунданту, отстранил дядьку и бодрым шагом направился к почтовой станции”.

24 марта 1825 г. Пушкин напишет Александру Бестужеву из Михайловского в Петербург:

«Откуда ты взял, что я льщу Рылееву? …Он в душе поэт.

Я опасаюсь, его не на шутку и жалею очень, что его не застрелил, когда имел тому случай – да черт его знал.

Жду с нетерпением «Войнаровского» и перешлю ему свои замечания. Ради Христа! Чтоб он писал – да более, более!».

Конечно, это шутливый текст, но свидетельствующий об истинной дуэли между ними.

Итог: дуэль состоялась.

(начало ссылки на Юг, в Кишинёв, под отеческую опеку генерала Ивана Никитича Инзова, наместника Бессарабии.

Пушкин поселился сперва в наемной мазанке, a затем перебрался в дом Инзова.

Отношения поэта с гуманным наместником были проникнуты любовью и сердечным участием.

Здесь ему все сходило с рук; жалобы на Пушкина Инзов выслушивал и разбирал в присутствии виновника.

Обычным наказанием Пушкина было оставление его без сапог, чтобы тот не мог выйти на улицу и натворить еще чего-нибудь.

Добрый ангел Инзов в нескольких случаях домашним арестом спасал Пушкина и от дуэлей.

А в донесениях “наверх” Инзов неизменно сообщал: “Пушкин, живя в одном со мною доме, ведет себя хорошо. “.)

7,8. Пушкин вызвал на дуэль сразу двоих – заслуженных ветеранов-полковников Фёдора Орлова и Алексея Алексеева.

Причина: Орлов и Алексеев сделали Пушкину замечания за то, что тот, пытаясь в пьяном виде играть в бильярд, мешал окружающим.

Орлов назвал его “школьником”, а Алексеев присовокупил, что “школьников поучают”.

«Пушкин засмеялся над Федором Орловым, тот выкинул его из окошка;

(Пушкин был небольшого роста, Федор Орлов — великан, силач, из породы знаменитых Орловых XVIII века, одноногий после войны).

Пушкин вбежал опять в биллиард, схватил шар и пустил в Орлова, попав ему в плечо.

Орлов бросился на него с кием, но Пушкин, выставив два пистолета, сказал:

— ‘Убью’. И Орлов отступил».

Все необыкновенно в этой сцене, но особенно удивляют два пистолета, вдруг оказавшиеся при Пушкине.

Идя домой из биллиардной, Пушкин уже раскаивался и говорил своему секунданту:

«Скверно, гадко; да как же кончить?»

Итог: секундант помирил участников, дуэль отменена.

Причина: безо всяких оснований.

Из воспоминаний князя Горчакова:

“Пушкин схватил рапиру и начал играть ею; припрыгивал, становился в позу, как бы вызывая противника.

В эту минуту вошел Друганов. Пушкин, едва дав ему поздороваться, стал предлагать биться. Друганов отказывался.

Пушкин настоятельно требовал и, как резвый ребенок, стал шутя затрагивать его рапирой. Друганов отвел рапиру рукой.

Пушкин не унимался; Друганов начинал сердиться. Чтоб предупредить их раздор, я попросил Пушкина прочесть молдавскую песню.

Пушкин охотно согласился, бросил рапиру и начал читать с большим одушевлением”.

Итог: дуэль не состоялась.

1821 год (“Гаврилиада”. 2 дуэли).

Француз, “имея право избирать оружие, предложил ружье, ввиду устрашающего превосходства, с которым противник его владел пистолетом”.

Итог: примирение было достигнуто “благодаря веселью, которое этот новейшего рода поединок вызвал у секундантов и противников, ибо Пушкин любил посмеяться”.

11. Пушкин вызвал на дуэль бывш. офицера французской службы Дегильи.

Причина: ссора с невыясненными обстоятельствами.

Француз избрал сабли, но струсил и расстроил дуэль, донеся о ней властям.

Итог: дуэль не состоялась.

(После чего Пушкин написал Дегильи неслыханно оскорбительное письмо:

“К сведению г(осподи)на Дегильи, бывшего французского офицера.

Недостаточно быть трусом, нужно еще быть им откровенно.

Накануне какой-то жалкой дуэли на саблях не пишут на глазах у жены слезных посланий и завещания;

не сочиняют нелепейших сказок для городских властей, чтобы избежать царапины;

не компрометируют дважды своего секунданта, ни генерала, который удостаивает принимать всякую дрянь у себя в доме.

Все то, что случилось, я предвидел заранее и жалею, что не побился об заклад.

Теперь все кончено, но берегитесь.

Примите уверение в чувствах, какие вы заслуживаете.

Заметьте еще, что впредь, в случае надобности, я сумею осуществить свои права русского дворянина, раз вы ничего не смыслите в законах дуэли”.

Пушкин рисует карикатуру на Дегильи с подписью:

«Ma femme! . ma culotte!» – «Moя Жена! . мои штаны!»)

«Дворянин не имеет права вмешивать государство — городские власти — в дуэльные дела, то есть прибегать к защите закона, запрещающего поединки.

Дворянин не имеет права опускаться на недворянский уровень поведения.

Опускаясь на подобный уровень, он лишает себя права на уважительное, хотя и враждебное поведение противника,

и должен быть подвергнут унизительному обращению — побоям, публичному поношению. Он ставится вне законов чести.

И не потому, что он вызывает презрение и омерзение сам по себе, а потому главным образом, что он оскверняет само понятие человека чести — истинного дворянина.

Отказ дворянина от дуэли представляется. пределом падения, несмываемым позором».

1822 год (“Кавказский Пленник”, “Братья-разбойники”. Кишинёвская тоска. 9 дуэлей).

Причина: Пушкин не поделил ресторанный оркестрик при казино с молодым офицером, который был под началом у Старова;

тот заказал кадриль, а Пушкин после этого заказал мазурку, что музыканты и исполнили, зная его щедрость.

Показательно, что вызов поэту был направлен не кем-либо из непосредственно участвовавших в размолвке младших офицеров,

а — от их имени — находившимся тут же командиром 33-го егерского полка Старовым, значительно превосходившим Пушкина чином.

Такой вызов противоречил требованию равенства противников и явно представлял собой попытку осадить нахального штатского мальчишку.

Предполагалось, очевидно, что Пушкин испугается дуэли и пойдет на публичное извинение. Далее события развивались в следующем порядке:

“Старов подошел к Пушкину, только что кончившему свою фигуру:

— “Вы сделали невежливость моему офицеру”, — сказал Старов, взглянув решительно на Пушкина,

— “так не угодно ли Вам извиниться перед ним, или Вы будете иметь дело лично со мной”.

— “В чем извиняться, полковник, я не знаю”, — отвечал быстро Пушкин,

— “что же касается до Вас, то я к вашим услугам”.

— “Так до завтра, Александр Сергеевич”.

— «Очень хорошо, полковник».

Пожав друг другу руки, они расстались.

Погода была ужасная: метель до того была сильна, что в нескольких шагах нельзя было видеть предмета.

Первый барьер был на 16 шагов; Пушкин стрелял первый и дал промах, Старов тоже;

Старов просил снова зарядить и сдвинуть барьер; Пушкин сказал:

— “И гораздо лучше, а то холодно”.

Предложение секундантов прекратить поединок было обоими отвергнуто.

Барьер определили на 12 шагов, и опять 2 промаха.

Оба противника хотели продолжать, ещё сблизив барьер; но секунданты решительно воспротивились,

и т.к. нельзя было примирить их, то поединок отложили до прекращения метели».

Дуэль не кончен.

— записка Полторацкому, январь 1822

Вскоре противников удалось помирить, после чего Старов сказал Пушкину:

— «Вы так же хорошо стоите под пулями, как хорошо пишете».

Итог: стрелялись дважды, но оба раза промахнулись.

(Спустя несколько дней, в ресторане Пушкин запрещает молодым людям, обсуждающим его дуэль со Старовым, дурно отзываться о последнем, грозя в противном случае вызвать на дуэль их самих.)

Причина: ссора во время праздничного обеда у наместника Бессарабии Инзова.

Ланов утверждал, что вино лечит все болезни; Пушкин насмешливо ему возразил:

Ланов назвал поэта молокососом, а в ответ получил от Пушкина звание винососа.

Тогда Ланов вызвал Пушкина, но тот только хохотал, видя, как Ланов настаивает, рассказывая о своих поединках при князе Таврическом, сказав ему:

— «Когда то было. А теперь?»

И сочинил экспромтом эпиграмму:

«Бранись, ворчи, болван болванов,

Ты не дождешься, друг мой Ланов,

Пощечин от руки моей.

Твоя торжественная рожа

На бабье гузно так похожа,

Что только просит киселей.»

Ланов выходил из себя, тем более, что сказанное Пушкиным вызвало более или менее сдерживаемый смех каждого из присутствовавших.

Ланов несколько успокоился тогда только, когда Пушкин принял его вызов.

Инзов, услышав смех в столовой или уведомленный о случившемся, возвратился в столовую и скоро помирил их.

Ланов, из чинопочитания к Инзову, согласился оставить все без последствий, а Пушкин был очень рад, что не сделался смешным.

Инзов устроил так, что с тех пор Пушкин с Лановым не встречались уже за столом вместе.

Итог: дуэль отменена.

героя следующей пушкинской сатиры:

Вот еврейка с Тадарашкой.

Пламя пышет в подлеце,

Лапу держит под рубашкой,

Рыло на ее лице.

Весь от ужаса хладею:

Ах, еврейка, бог убьет!

Если верить Моисею,

— “Раззевавшись от обедни”, весна 1821.

Причина: Пушкину показалась недостаточно учтивой реплика супруги Балша – Марии,

в ответ на высказывание Пушкина: «Экая тоска! Хоть бы кто нанял подраться за себя!».

Перед этим Пушкин пытался дерзко ухаживать за ней и за её 12 летней дочерью – Аникой.

Пушкин наговорил ей в ответ грубостей и, дав пощёчину “Тадарашке”, вынул пистолет, вызывая его на дуэль.

Из замечаний князя В.П. Горчакова на записи «Из дневника и воспоминаний» И.П. Липранди (секунданта Пушкина):

“. Пушкин имел страсть бесить молдаван, а иногда поступал с ними и гораздо хуже”.

Поединок предотвратил генерал Инзов, посадив Пушкина под домашний арест на 2 недели.

Итог: дуэль отменена.

(Выйдя из-под ареста, Пушкин уже не носил пистолет, но идя на улицу, вооружался железной палкой для тренировки твёрдости руки, владея ею

«с ловкостью, достойною известного в свое время фехтовальщика Мортье».

Об этой палке много говорят в Кишиневе)

Причина: оба были секундантами на дуэли, где Пушкину не понравилось выражение, сказанное Прункулом во время обсуждения условий:

“Мы съехались с Пушкиным, и трактат начался. Но как понравится вам оборот дела?

Александр Сергеевич в разговоре со мною, решительно не могу вам сказать за какие, да и были ли они, ‘обидные выражения’ вызвал на дуэль меня.

— «Ты шутишь, Пушкин?» Я не мог не принять его слова за шутку.

— «Нисколько! Драться с тобой я буду, — ну, мне этого хочется, только ты должен обождать.

Я уже дерусь с двумя господами; разделавшись с ними — к твоим услугам, Карл Иванович. »

— из воспоминаний К.И. Прункула.

Итог: дуэль отменена.

Причина: дискуссия о крепостном праве за обеденным столом наместника Бессарабии Инзова.

Потоцкий уступил. На замечание кого-то, что Пушкин чересчур жарко оспаривал сенатора, поэт ответил по-французски:

«О, если бы Потоцкий не уступил мне, я дал бы ему пощечину».

Итог: дуэль отменена.

(После этого эпизода Потоцкий был с Пушкиным на короткой ноге, уже в ноябре 1823 г. Пушкин обращался к графу по поводу семейных преданий о похищении Марии Потоцкой крымским ханом – сюжет поэмы «Бахчисарайский фонтан»).

Причина: Пушкин не поверил, что бывает град весом в 3 фунта (а градины такого веса все-таки бывают) и осмеял отставного офицера.

“Офицер . вышед из терпения, сказал только:

— ‘Если вам верят, почему же вы не хотите верить другим?’. Этого было довольно.

Лишь только успели встать из-за стола и наместник вышел в гостиную, началось объяснение чести.

Пушкин назвал офицера подлецом, офицер его мальчишкой, и оба решились кончить размолвку выстрелами.

Офицер пошел с Пушкиным к нему, и что у них происходило, это им известно.

Рутковский рассказал, что на него бросились с ножом, а Смирнов, что он отвел удар Пушкина;

но всего вернее то, что Рутковский хотел вырвать пистолеты и, вероятно, собирался с помощью прибежавшего Смирнова попотчевать молодого человека кулаками, а сей тогда уже принялся за нож.

К счастью, ни пуля, ни железо не действовали, и в ту же минуту дали знать наместнику,

который велел Пушкина отвести домой и приставить к дверям его караул”.

— П.И. Долгоруков. Из дневника 1822 г.

Поединок в очередной раз предотвратил Инзов, посадив Пушкина под домашний арест.

Итог: дуэль отменена.

Причина: роман Пушкина с его женой – цыганкой Людмилой Шекорой.

Генерал Инзов опять посадил Пушкина под арест на 10 дней, а Инглези был вручен бесплатный билет с «разрешением выезда за границу».

Инглези правильно понял значение этого «подарка» и выехал вместе с женой из Кишинева.

Итог: дуэль отменена.

Причина: Пушкин публично обвинил Зубова в картёжном шулерстве, заметив, что тот играет наверное,

и, проиграв ему, по окончании игры, очень равнодушно и со смехом стал говорить другим участникам игры, что ведь нельзя же платить такого рода проигрыши.

Слова эти, конечно, разнеслись, вышло объяснение, и 3убов вызвал Пушкина драться.

— «Понятно, — сказал Пушкин, — мы стреляемся. Я вызов ваш принимаю.

Попадете ли вы в меня или не попадете — это для меня равно ничего не значит, но для того, чтобы в вас было больше смелости,

предупреждаю: стрелять я в вас совершенно не намерен. Согласны?»

Противники отправились на так называемую малину, виноградник за Кишиневом.

На поединок с Зубовым Пушкин явился с черешнями и завтракал ими, пока тот стрелял.

(Этот мотив был им позднее использован в рассказе «Выстрел»).

Итог: Зубов стрелял в Пушкина (мимо), а сам Пушкин от выстрела отказался, спрoсив Зубова:

«Довольны вы?» Зубов бросился с объятиями.

«Это лишнее», — бросил Пушкин, сунул незаряженный пистолет себе под мышку и отвернулся.

Причина: грек удивился, как мог Пушкин не знать какую-­то книгу, о которой случайно зашла речь:

«Как! Вы – поэт и не знаете этой книги?!»

Итог: дуэль отменена.

1823 год (Начало “Онегина”).

21. Пушкин вызвал на дуэль бессарабского помещика, писателя-дилетанта Ивана (Янко) Яковлевича Руссо.

Причина: личная неприязнь Пушкина к этой персоне.

“Янко провел 15 лет за границей, преимущественно в Париже, бессарабцы смотрели на него как на чудо, по степени образованности, и гордились им.

Он был лет 30, тучен, с широким лицом, изображавшим тупость и самодовольство; всегда с тростью,

под предлогом раны в ноге, будто бы полученной им на поединке во Франции.

Он вытвердил несколько имен французских авторов и ими бросал пыль в глаза соотечественников своих, не понимающих по-французски.

Любезничал с женщинами и искал всегда серьезных разговоров: не был застольным товарищем; в карты не играл и, кроме воды, ничего не пил.

Пушкин чувствовал к нему антипатию, которую скрывать не мог, и полагаю, что к этой ненависти много содействовало и то,

что Руссо не был обычного направления тогдашней кишиневской молодежи, увивавшейся за Пушкиным. Самодовольствие Руссо вызывало Пушкина из себя.

Однажды за столом начали расточать похвалы Янке Руссо, что очень нравилось паре его тут бывших соотечественников, но чего не выносил Пушкин, вертевшийся от нетерпения на стуле; видно было, что накипь у него усиливалась.

Когда было сказано:

— «C’est notre Jean-Jacques Rousseau», Пушкин не в силах был более удерживать себя;

вскочил со стула и отвечал уже по-русски:

— «Это правда, что он Иван, что он Яковлевич, что он Руссо, но не Жан-Жак, а просто рыжий дурак!» (roux sot):

он действительно несколько рыжеват. Эта выходка заставила всех смеяться”.

Итог: дуэль отменена.

(1823. Переезд в Одессу, под суровое начало наместника Новороссии – графа Михаила Семёновича Воронцова)

22. Несостоявшаяся дуэль Пушкина с неизвестным.

Итог: противник отказывается стрелять, и Пушкин «отпускает его с миром».

— письмо А.И. Тургенева к кн. Вяземскому; Даль, 1907, с. 65.

(1824. Пушкин подаёт прошение об отставке по состоянию здоровья, он подозревал у себя аневризм.

Александр I одобрил увольнение Пушкина со службы, но приказал отправить его в ссылку в Псковскую губернию, под надзор родителей,

т.к. молодой человек “далек от отречения от дурных принципов, которые таким губительным образом отметили его первые шаги на общественном поприще”)

Причина: Тургенев обругал эпиграммы Пушкина против правительства.

“Тургенев был суровым моралистом, занимал ответственные должности в Гос. совете, и Министерстве финансов, относясь ко службе весьма серьезно.

Он не раз давал чувствовать Пушкину, что “нельзя брать ни за что жалование и ругать того, кто дает его”.

Пушкин, вызвав Тургенева, тут же одумался и с извинением взял вызов обратно”.

Итог: дуэль отменена.

Причина: оскорбительный слух о том, что Пушкина высекли в Тайной Канцелярии, пущенный Толстым в столице гораздо ранее этой дуэли – в 1820 г. (см. выше).

Со стороны Толстого это было ответом на едкую эпиграмму самого Пушкина:

В жизни мрачной и презренной

Был он долго погружен,

Долго все концы вселенной

Осквернял развратом он.

Но, исправясь понемногу,

Он загладил свой позор,

И теперь он — слава богу —

Только что картежный вор.

Кроме того, Пушкин заклеймил Толстого в послании «Чаадаеву»:

Или философа, который в прежни лета

Развратом изумил четыре части света,

Но, просветив себя, загладил свой позор:

Отвыкнул от вина и стал картежный вор.

Толстой был азартным картёжником, послужившим прототипом героям Пушкина (Зарецкий), Грибоедова (Репетилов) и Л. Толстого (Долохов), давшим Пушкину следующий повод для этой эпиграммы.

Где-то в Москве Пушкин встретился с Толстым за карточным столом. Была игра. Толстой передернул.

Пушкин заметил ему это.

«Да я и сам это знаю”, — отвечал ему Толстой, — “но не люблю, чтобы это мне замечали».

К моменту вызова Пушкиным, Толстой считался опасным дуэлистом, убив на дуэлях уже 11 человек. Общим друзьям, однако, удалось их тогда помирить.

Итог: дуэль отменена.

Свое первоначальное суждение о Толстом Пушкин впоследствии, в письме к брату Льву, назвал “резким и необдуманным”.

3 года спустя Пушкин избрал Толстого посредником при сватовстве к Наталье Гончаровой. Именно ему удалось довести это сватовство до успеха.

Надо отметить все же, что это стало очередным роковым достижением Федора Толстого.

25. Пушкина вызвал на дуэль артиллерийский офицер Владимир Соломирский.

Причина: княжна Софья Урусова, в которую Соломирский был влюблён, предпочитавшая Пушкина.

Повод: некорректное высказывание Пушкина о графине A.В. Бобринской.

Соломирский, мрачно поглядывавший на Пушкина, по окончании рассказа счел нужным обидеться:

— “Как вы смели отозваться неуважительно об этой особе?” – задорно обратился он к Пушкину.

“Я хорошо знаю графиню, это во всех отношениях почтенная особа, и я не могу допустить оскорбительных об ней отзывов”.

— “Зачем же вы не остановили меня, когда я только начинал рассказ? – отвечал Пушкин.

“Почему вы мне не сказали раньше, что знакомы с графиней Бобринской? А то вы спокойно выслушали весь рассказ,

и потом каким-то донкихотом становитесь в защитники этой дамы и берете ее под свою протекцию”.

Гости разошлись, но наутро Соломирский послал Пушкину вызов. Однако секунданты, решив, что убийство Пушкина их обесчестит, свели дело к миру.

Итог: дуэль отменена.

1828 год (Знакомство с Натальей Гончаровой. 2 дуэли).

Причина: министр по поручению царя допрашивал Пушкина по поводу гнусной поэмы “Гаврилиада”.

Допрос вёлся с пристрастием, ибо ещё в 1823 г. Пушкин написал на министра-гомосексуалиста злую эпиграмму:

Вот Хвостовой покровитель,

Вот холопская душа,

Напирайте, бога ради,

На него со всех сторон!

Не попробовать ли сзади?

Там всего слабее он.

От дуэли противников удержал поэт и публицист Федор Глинка.

Итог: дуэль отменена.

Причина: когда Пушкин подошел к одной даме (графине Закревской?), которая разговаривала с Лагрене на балу;

Пушкину послышалось будто Лагрене сказал ей:

Но Лагрене заявил, что не произносил ничего подобного и глубоко уважает Пушкина, как поэта.

Итог: дуэль отменена.

28. Пушкин вызвал на дуэль чиновникa Министерства Иностранных Дел, камер-юнкера, графa Хвостовa.

Причина: Хвостов выразил недовольство эпиграммой Пушкина:

“В гостиной свиньи, тараканы и камер­юнкер, граф Хвостов”.

“Пушкин нашел на станции по дороге во Псков камер-юнкера, графа Хвостова, читающего книгу,

по стенам ползало множество тараканов, вдобавок в дверь влезла свинья.

Пушкин описал, как оно было в натуре, но это не понравилось Хвостову в стихе.

Не помню, как их помирили”.

— Н.А. Маркевич, “Из воспоминаний”

Итог: дуэль отменена.

1836 год (Смерть матери. 4 дуэли).

«Тут проявляется уже ясно особый мотив дуэлянта — Пушкин искал смерти.

Таково было мнение Хомякова о причинах его смерти; так думал граф Соллогуб, дочь Карамзина (Мещерская);

так же высказался и его враг Геккерен: «Ему просто жизнь надоела; и он решился на самоубийство».

Грубая форма и враждебный источник этого суждения не должны мешать нашему согласию с ним, тем более,

что за несколько дней до смертельного исхода поединка Пушкин высказался в том же смысле старому другу, Евпраксии Вревской, дочери Осиповой.

Он сам сказал ей о своем намерении искать смерти и, когда она пыталась успокаивать, «был непреклонен».

Причина: Наталья Пушкина, сама шутившая с Соллогубом на балу по поводу его расстроившейся недавно помолвки,

почему-­то сочла непристойным вопрос, заданный ей в ответ Соллогубом:

Пушкин, требуя объяснений, послал Соллогубу письмо, не дошедшее до него, ибо он уехал в служебную командировку.

Итог: Дело на время заглохло.

(племянникa известного графа Ф.И. Толстого-‘американца’)

Причина: в разговоре с Пушкиным тот процитировал обидную для Пушкина фразу из статьи Сенковского.

Итог: дуэль отменена.

Причина: будто бы неуважительный отзыв Репнина о Пушкине в разговоре с 3-м лицом.

Пушкин опубликовал жестокую сатиру “На Выздоровление Лукулла” на гомосексуалиста, министра просвещения, графа Уварова (автора лозунга “Православие, Самодержавие, Народность”).

O ней и отозвался дурно князь Репнин.

В письме Пушкина не было прямого вызова, но были намеки на возможность дуэли в случае неудовлетворительнoго ответа:

“некто г-н Боголюбов публично повторял оскорбительные отзывы”, якобы исходившие от князя.

Письмо заканчивалось обращением: “Прошу ваше сиятельство не отказать сообщить мне, как я должен поступить” (ориг. по-фр.).

Репнин ответил Пушкину наставительным письмом.

Итог: дуэль предотвращена.

Причина: он получил, наконец, письмо с объяснениями Соллогуба (см. выше), но счел их недостаточными и послал Соллогубу другой вызов через вышеупомянутого Хлюстина:

«обстоятельства не позволяют . отправиться в Тверь раньше конца марта месяца».

Вернувшись в Москву, Соллогуб встретился с Пушкиным в доме Пущина:

“. мне было предложено написать несколько слов Наталье Николаевне. На это я согласился, написал прекудрявое французское письмо, которое Пушкин взял и тотчас же протянул мне руку, после чего сделался черезвычайно весел и дружелюбен. “.

Итог: дуэль предотвращена.

Причина: анонимные пасквили на французском языке, в которых Пушкину присваивался «диплом заместителя великого магистра ордена рогоносцев»;

в «дипломе» содержался косвенный намёк на внимание к Наталье Пушкиной со стороны самого царя.

Хотя в этих анонимных пасквилях имя Дантеса и не было названо, развязные ухаживания Дантеса за Натальей Пушкиной сами по себе давали повод Пушкину требовать удовлетворения.

Последствия: через неделю после вызова Жорж Дантес сделал предложение Екатерине Гончаровой —

сестре Натальи и, соответственно, свояченице Пушкина.

Царь Николай I дал Пушкину аудиенцию при посредничестве придворного поэта В.А. Жуковского.

Пушкин был вынужден отозвать свой вызов; однако, отказывался иметь какие-либо отношения с Дантесом и его приёмным отцом – послом Нидерландов Геккерном, что задевало их обоих и приводило к дальнейшему обострению ситуации.

Итог: дуэль отменена.

1837 год (год смерти, последняя дуэль)

34. Пушкина вызвал на дуэль гвардейский офицер, барон Жорж Дантес-Геккерн.

Повод: анонимное письмо, полученное Пушкиным, где утверждалось, будто жена Пушкина изменяет ему с Дантесом.

Причина: Пушкин отправил Геккерну-отцу чрезвычайно резкое письмо (сочинённое им ещё во время первого их конфликта в ноябре 1936 г.), где, оскорбляя как отца, так и приёмного сына, отказал им от дома.

Пушкин знал, что такое письмо неизбежно приведёт к новой дуэли.

В тот же день Луи Геккерн (через секретаря французского посольства виконта д’Аршиака) объявил Пушкину письмом, что от его имени Дантес делает ему вызов; Дантес приписал, что это письмо писано с его согласия.

Пушкин без обсуждения принял весьма жёсткие условия дуэли, составленные виконтом д’Аршиаком.

Итог: стрелялись, попали оба.

Пушкин скончался от ранения 29 января 1837 года, а Дантес был легко ранен и дожил до глубокой старости.

35. Имя соперника и обстоятельства дуэли неизвестны.

“Мне удалось даже отвести его от одной дуэли. Но это постороннее. “

— Ф.Н. Глинка, из письма к Бартеневу.

Возможно, тут подразумевалась дуэль с Голицыным в 1828 г.

Итог: дуэль отменена.

зачинщик Пушкин – 26; зачинщик не Пушкин – 7; зачинщик неизвестен – 2.

в Пушкина стреляли – 5 раз; Пушкин стрелял – 3 раза.

Еще записи по тегу “дуэль”

Елена Лейтланд, “На смерть поэта. История двух дуэлей” – 2

К началу: http://hojja-nusreddin.livejournal.com/3827846.html ____________________________________________________________________ Вместо…

Елена Лейтланд, “На смерть поэта. История двух дуэлей” – 1

Дуэль, на которой был убит Александр Сергеевич Пушкин, состоялась 27 января 1837 г. (по старому стилю), т.е. 8 февраля (по новому). Это поистине был…

Встретились Кощей Бессмертный и Василиса Прекрасная 🙂

До первой ошибки

Как долго длятся поединки, если их не придумывает режиссёр? Практически любой художественный фильм, посвящённый временам, когда царило холодное…

Пистолеты Римского короля

Coinciding with the 200th anniversary of the Battle of Waterloo, this July Sotheby’s will offer one of the most unique and precious Napoleonic…

А. Кобринский, “Как стрелялись русские писатели ХХ века?”

Дуэль всегда существовала под прессингом двух внешних факторов: христианской морали и здравого смысла. Спецификой дуэльных историй русского ХХ…

Как Павел I вызывал на дуэль всех правителей Европы

Павел I, как известно, правил недолго, но оставил яркий след в истории России – Об эксцентричном и непредсказуемом характере императора ходили…

Помним – Пушкина убили кровавые пидарасы

Александр Сергеевич Пушкин был любим и своим окружением, и читающей публикой – Несмотря на неказистую внешность, он источал обаяние и, как бы…

Древнее и благородное боевое искусство: серпом по яйцам

Пауль Гектор Майр (нем. Paul Hector Mair, лат. Paulus Hector Mair) [1517 — 1579] — немецкий чиновник в городе Аугсбурге, хронист и автор…

  • Добавить комментарий
  • 55 комментариев

Android

Выбрать язык Текущая версия v.208.1

Оценка 4.1 проголосовавших: 189
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here