Молитва от лицемеров

Полное собрание и описание: молитва от лицемеров для духовной жизни верующего человека.

Молитва от лицемеров

Библиотека

Волк среди овец…

12. НАШИ МОЛИТВЫ

Несмотря на то, что Бог слышит наши молитвы и знает наше сердце, наша молитвенная жизнь нуждается в очищении от лицемерия. Нередко мы молимся так, будто не знаем, что Богу заранее известны наши мысли. Ничто не может укрыться от Него. Иисус сказал, что даже маленькая птичка не упадет на землю без ведома Небесного Отца. Все волосы на нашей голове сочтены. Представьте себе общее число волос и затем умножьте его на шесть миллиардов человек. Богу не нужны ни калькулятор, ни база данных. Иногда мы произносим молитвы, а затем делаем испуганный вид, когда они исполняются. Мы кривим душой перед Богом. Наш голос во время молитвы начинает звучать неестественно, мы употребляем странные религиозные архаизмы. Мы молимся шаблонно, из года в год повторяем одни и те же заученные молитвы, например, о благословлении еды.

Представьте, что вы ждете в гости очень хорошего друга. Допустим, он давно хотел к вам придти, но постоянно говорил, что занят, и ему некогда. Вы с нетерпением ждете его прихода и предвкушаете радость встречи с ним. Наконец, друг приходит, но вы слышите от него все те же старые слова, которые звучали во время вашей последней встречи. Вы наверняка будете разочарованы. Вы хотели узнать о его делах, услышать о его жизни. Вы были готовы отдать ему все, о чем бы он ни попросил. Вместо этого вы слышите шаблон, который вам уже давно известен. Я думаю, что мы так относимся к Богу. Мы можем научиться общаться с Ним как с Отцом. Если мы раздражены или упали, то Он хочет знать это. Точнее говоря, Он хочет услышать это от нас. Царь Давид является хорошим примером для нас.

Доколе, Господи, будешь забывать меня вконец, доколе будешь скрывать лице Твое от меня? Доколе мне слагать советы в душе моей, скорбь в сердце моем день и ночь? Доколе врагу моему возноситься надо мною? (Псалом 12:2-3)

Давид был в отчаянии. У него было такое чувство, что Бог оставил его. Давид был отягощен волнением и страхом перед врагом. Именно это он и высказывал Богу. Если наши дела идут плохо, нам ничего не надо разыгрывать перед Богом. Он все равно видит нас насквозь. Мы можем изливать перед Богом свое огорчение, отчаяние, печаль, гнев, раздражение. Мы можем рассказать Ему о своем настроении. Он знает нас. Мы ничем не сможем удивить Его. Он не будет шокирован, если мы искренне обратимся к Нему. Кроме того, Иисус повелевает, чтобы мы не молились как лицемеры:

И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми (Матфея 6:5).

Иногда мы молимся так, чтобы нас услышали присутствующие; или через «молитву» мы обвиняем наших братьев и сестер, и не осознаем, что говорим со всемогущим Богом; мы произносим отшлифованные заготовки, которые не употребляем в нашей личной молитве. Это лицемерие. Разве можно ожидать, что Бог будет доволен, что мы обращаемся к Нему двояким образом: в церкви – шумно, громко и с мнимой властью, а в «тайной комнате» – жалобно и плачевно?

Я думаю, что будет вполне правильным следующее: наши молитвы втайне не должны отличаться от наших молитв в церкви или молитвенной группе. Например, на служении мы противостоим силам тьмы и связываем негативные влияния на церковь, но подобным образом мы не молимся за себя или за нашу семью. Тогда одно не согласуется с другим. Разве возможно, чтобы братья и сестры слышали тебя молящимся так, а, допустим, перед высокой температурой у твоего ребенка ты бессилен?

Мы должны осторожными, чтобы, молясь на собрании, мы не проповедовали другим или тем более не учили. Иисус наставляет, чтобы мы не молились как лицемеры. Наша молитва к Богу должна быть из сердца. Все слова, которые не соответствуют нашей внутренней позиции, являются лицемерием.

Или признайте дерево хорошим и плод его хорошим; или признайте дерево худым и плод его худым, ибо дерево познается по плоду. Порождения ехиднины! Как вы можете говорить доброе, будучи злы? Ибо от избытка сердца говорят уста (Матфея 12:33-34).

Иисус, как Иоанн Креститель, употребляет выражение «порождения ехиднины» к тем людям, чьи слова расходятся с их внутренним состоянием. Это должно предостеречь нас от того, чтобы не молиться без согласия в сердце. Небольшие молитвенные группы, домашние ячейки или визиты братьев и сестер надо использовать для того, чтобы искать лица Божьего, а не сплетничать о других. Если две семейные пары согласятся в молитве, они смогут совершить многое. Если необходимо поговорить о брате или сестре, разговаривай непосредственно с тем, кого это касается. Мы часто совершаем ошибку, решая проблему с другими людьми.

Долженко А.Г.

Продолжая пояснять Свое учение в Нагорной проповеди, Иисус Христос провозгласил: “И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою.” ( Матф.6:5 ). Как нужно понимать эти слова Спасителя?

Для того чтобы разобраться в этих словах, нужно знать, что в древнееврейском государстве у книжников и фарисеев существовали определенные часы, строго отведенные для молитвы. И если во время этих часов книжники или фарисеи находились в многолюдном месте “в синагогах и на углах улиц”, на базарах или площадях, то они останавливались и среди суетящейся вокруг них толпы людей, чаще всего громко, начинали выкрикивать или выразительно, как актеры, читать заученные тексты своих молитв.

Люди, находящиеся рядом с книжниками и фарисеями, и видевшие усердное творение молитвы, относились к молящимся с благочестием и выказывали им свое почтение за их ревностное служение Богу. На самом деле очень часто книжники и фарисеи специально посещали многолюдные места и там творили свои молитвы, чтобы получить похвалу и одобрение от окружающих их людей.

Вот такого рода творение молитвы, сделанное не искренне, а для самопрославления и похвал, беспощадно порицал Иисус Христос. А книжников и фарисеев за их показную набожность, за их ложное благочестие Спаситель осуждающе называл лицемерами.

Как видим, в данном конкретном случае Иисус Христос осуждал не коллективное моление, не молитвы в публичных местах, произведенные на глазах других людей, а лицемерное творение молитвы, осуществляемое “чтобы показаться перед людьми”. То есть Спаситель осуждал человека, объятого гордыней и славолюбием, который специально показывался перед людьми (приходил в многолюдные места) и там творил (совершал) свою молитву не искренне, а напоказ, ради получения прославления и похвал.

Таких людей Иисус Христос назвал лицемерами потому, что они совершали молитву не для обращения к Богу, а ради того, чтобы привлечь к себе внимание посторонних людей и чтобы достичь восхвалений.

Такие люди во время своей показной молитвы не думали о Боге, а старались выглядеть благочестивыми, набожными людьми, лицемерно спекулируя религиозными чувствами толпы. Не искреннее совершение молитвы, сделанное специально в многолюдных местах, демонстративно, напоказ, использование творения молитв для самопрославления и приобретения похвал, показная набожность и ложное благочестие – все это является проявлением таких греховных чувств как гордыня, славолюбие, тщеславие и высокомерие.

За грех гордыни, за лицемерное совершение (актерское исполнение) и кощунственное использование молитв, за спекуляцию религиозными чувствами и надругательство над ними, лицемеры – книжники и фарисеи – “уже получают награду свою” – говорит Иисус Христос. В данном случае под наградой нужно понимать справедливое наказание лицемеров за их греховные поступки. Об этом ясно сказано в Библии такими словами: “какою мерою мерите, такою и вам будут мерить” ( Матф.7:2 ). В другом месте Библии говорится о справедливом воздаянии за дела людей: “воздам каждому из вас по делам вашим” ( Откр.2:23 ).

Подытоживая все вышесказанное, можно сделать вывод о том, что разбираемые слова Иисуса Христа нужно понимать следующим образом. “И когда молишься (то есть через молитву обращаешься к Богу), не будь как лицемеры (люди, проявляемые не искрение чувства), которые любят в синагогах и на углах улиц (то есть в многолюдных местах), останавливаясь, молиться (совершать молитву), чтобы показаться перед людьми (то есть делать молитву не искренне, а напоказ, не для искреннего обращения к Богу, а для того, чтобы показаться перед окружающими людьми молящимся и набожным человеком и таким способом добиться похвал и прославления). Истинно (то есть правдиво, честно) говорю вам, что они (то есть лицемеры) уже получают награду свою (то есть эти люди получают карающее справедливое воздаяние от Бога за свои лицемерные, кощунственные поступки).

Как видим, в проанализированных словах Иисуса Христа осуждается не обстановка, в которой производится молитвотворение (не многолюдные места, в которых человек совершает молитву), а тщеславие и гордыня, то есть греховные намерения и цели, ради которых человек пытается предстать перед окружающими его людьми в виде набожного человека, для того чтобы привлечь к себе внимание окружающих. И хотя бы за ложное благочестие добиться от людей прославления и похвал.

Из разбираемых слов Иисуса Христа можно сделать выводы о том, что Спаситель советует человеку, совершающему молитву в многолюдных местах (например во время молитвы в храме) молиться следующим образом.

Не обращать на себя внимания окружающих людей и молится скромно. Не допускать при совершении молитв позерства, то есть не молиться с элементами актерства и наигранности. Иными словами молиться так, чтобы не “показываться перед людьми”. То есть стараться остаться незамеченным. Не привлекать к себе внимание остальных людей. Во внешних действиях проявлять скромность, как в уединении, так и во время молитвы в общественных местах. А также проявлять доброжелательность и терпимость к окружающим тебя людям. Не допускать театральных жестов, вычурных поз и высокомерия.

Молиться нужно без лицемерия. То есть молитву нельзя использовать с лицемерными целями для достижения показной набожности. Молитва не инструмент для приобретения похвал и прославлений. Нельзя спекулировать на религиозных чувствах окружающих людей для достижения ложного благочестия. Это грех, за который последует Божья кара.

Молитва должна быть искренней. То есть во время совершения молитвы, как в уединенных, так и в общественных местах, нужно произносить свою молитву, полностью сосредотачивая все свои мысли на Боге, не отвлекая своё внимание на окружающих людей, и обстановку. И если человек во время молитвы, направляющий свое внимание на Бога, молится усердно и искренне, то он может даже не замечать окружающих его людей.

И таким образом, даже во время общественного богослужения в своих мыслях оставаться наедине с Богом. Только чистосердечная молитва устанавливает прямую связь между душой молящегося человека и Богом. Только искренняя молитва укрепляет душу, очищает помыслы и дает человеку новые силы для жизни.

Поделиться ссылкой на выделенное

Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

Молитва от лицемеров

Многие люди молятся лицемерно, и их лицемерная молитва вошла у них в привычку; они сами даже не замечают и не хотят замечать, что молятся лицемерно, а не в духе и истине, так что, если бы кто сказал им в обличение, что они молятся лицемерно, они прогневались бы на дерзнувшего сказать такую, по их мнению, несообразность. До лицемерия человек доходит не вдруг, а постепенно. Сначала он, может быть, молился от сердца, но потом — так как молиться всегда сердцем составляет значительный труд, к коему надо всегда принуждать себя, ибо Царствие Небесное, сказано, нудится (Мф. 11, 12), — он начинает молиться больше устами, поверхностно, а не из глубины души, так как это гораздо легче; и наконец при усиленной борьбе плоти и диавола молится устами, не доводя до сердца силы слов молитвенных. Таких людей очень много. Господь говорит об них: приближаются Мне людие сии усты своими, и устнами чтут Мя, сердце же их далече отстоит от Мене (Мф. 15, 8).

Молитвою часто называют то, что вовсе не есть молитва, — сходил в церковь, постоял, посмотрел на иконы или на людей, на их лица и наряды, говорит: помолился Богу; постоял дома пред иконою, покивал головою, проговорил заученные слова без понимания и сочувствия, говорит: помолился Богу, хотя мыслями и сердцем вовсе не молился, а был где-либо в другом месте, с другими людьми и вещами, а не с Богом.

На молитве необходимо намеренное, обдуманное, крайнее смирение. Надо помнить, кто говорит и что говорит, особенно это нужно во время чтения молитвы Господней “Отче наш”. Смирение разрушает все козни вражии. Ах! как много в нас тайной гордости. Это, — говорим, — я знаю; в этом не нуждаюсь; это не для меня; это лишнее; в этом я не грешен. Сколько своего мудрования!

Иногда человек молится, по-видимому, усердно, но молитва его не приносит ему плодов покоя и радости сердца о Дусе Святе. Отчего? Оттого, что, молясь по готовым молитвам, он не каялся искренно в тех грехах, которые он учинил в тот день, которыми осквернил свое сердце, этот храм Христов, и коими прогневал Господа. Но вспомни он о них да раскайся, со всею искренностию осуди себя беспристрастно — и тотчас водворится в сердце мир, превосходяй всяк ум (Флп. 4, 7). В молитвах церковных есть перечисление грехов, но не всех, и часто о тех-то самых и не бывает упомянуто, коими мы связали себя; надо непременно самому перечислить их на молитве с ясным сознанием их важности, с чувством смирения и с сердечным сокрушением. Оттого-то в молитвах вечерних и говорится при перечислении грехов: или то-то, или это сделал худого, то есть представляется на нашу волю упоминать те или другие грех.

Для чего нужна продолжительная молитва? Для того, чтобы продолжительностию усердной молитвы разогреть наши хладные, в продолжительной суете закаленные сердца. Ибо странно думать, тем более требовать, чтобы заматеревшее в суете житейской сердце могло вскоре проникнуться теплотою веры и любви к Богу во время молитвы. Нет, для этого нужен труд и труд, время и время. Царствие Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его (Мф. 11, 12). Не скоро Царствие Божие приходит в сердце, когда от него так усердно люди бегают. Сам Господь изъявляет волю Свою, чтобы мы молились не кратко, когда представляет в пример вдову, надолзе ходившую к судье и утруждавшую его просьбами своими (Лк. 18, 2-6). Господь-то, Отец-то наш Небесный, знает прежде прошения нашего, чего мы требуем (Мф. 6, 8), в чем нуждаемся, да мы-то не знаем Его, как бы следовало, суете-то мирской мы очень преданы, а не Отцу Небесному; вот Он по премудрости и милосердию Своему и обращает нужды наши в предлог к обращению нас к Нему. Обратитесь, заблуждающие чада Мои, хотя теперь ко Мне, Отцу вашему, всем сердцем своим, если прежде были далеки от Меня, хоть теперь разогрейте верою и любовию сердца свои ко Мне, бывшие прежде хладными.

Молящиеся! еда мало есть вам труд даяти человеком и како даете Господеви труд? (Ис. 7, 13). Мало еще разве для вас видеть бессилие в человеках, так вы еще хотите видеть бессилие в Самом Боге и тайно помышляете, что Бог не исполнит вашего прошения? Пусть для людей многое трудно, весьма многое невозможно, но как же вы считаете что-либо трудным для Бога? Есть разве для Него что-либо трудное и невозможное? Все для Него возможно и легко. Вся возможна суть у Бога (Мк. 10, 27). Итак, молясь, будьте уверены твердо, что для Господа все легко, все Он может во мгновение сделать. Вашей собственной немощи что-либо сделать, в чем-либо помочь себе или ближнему — не приписывайте Богу. Для вас как для слабых, ничтожных тварей, почти все трудно: вы это сами на себе и на других испытывали тысячу раз; но разве мало вам еще даяти (приписывать) труд человекам, что вы даете еще и Господеви труд, — Господу, Который все создал мыслию и словом? Для Него, помните, ничто не трудно: всего смело просите, все надейтесь получить. — Вся, елика аще воспросите в молитве, верующе, приимете (Мф. 21, 22).

Упование в молитве состоит в том, чтобы с верою в присутствие и слышание Божие, со страхом Божиим выговаривать прошения, благодарения и славословия, а о принятии и исполнении их не сомневаться и нимало не беспокоиться в полной уверенности, что Владыка их выслушал и принял в пренебесный и мысленный Свой жертвенник, и по желанию матери нашей — Церкви (если мы молимся от лица Церкви), равно и сердца нашего, как Всеблагий, Премудрый и Всемогущий, даст просимое и даже с избытком против того, сколько мы просим или разумеваем. Но сердце, пристрастное к пище и питию, жадное до них, изнеженное ими, не имеет этого упования, равно как сердце, в коем кроется ненависть, вражда, связанное скупостию, сребролюбием, завистию, доколе не оставит своих недугов и не исправится.

На молитве да отложит человек всякое житейское попечение и о спасении души своей токмо да печется.

У людей мало молящихся слабое сердце; и вот, когда они хотят молиться, сердце их расслабляется и расслабляет их руки, тело и мысли, и трудно им молиться. Надо преодолеть себя: постараться молиться всем сердцем, потому что хорошо, легко молиться всем сердцем.

Сердце наше ежедневно умирает духовною смертию. Теплая слезная молитва есть оживление его, начинающееся дыхание его. Если не молиться ежедневно с теплотою духовною, то легко скоро умереть духовно.

В молитве необходимо искреннее искание исправления.

С твердостию сердечною выговаривайте слова молитвы. Молясь вечером, не забудьте высказать в молитве к Духу Святому со всею искренностию и сокрушением сердца те грехи, в кои вы впали в прошедший день, — несколько мгновений покаяния теплого — и вы очищены Духом Святым от всякой скверны, паче снега убелены, и слезы, очищающие сердце, потекут из очей ваших, и одеждою правды Христовой вы прикрыты и с Ним соединены будете, как со Отцем и Духом.

Нечувствие сердцем истины слов на молитве происходит от сердечного неверия и нечувствия своей греховности, а это, в свою очередь, проистекает от тайного чувства гордости. По мере чувств своих на молитве человек узнает горд он или смирен; чем чувствительнее, пламеннее молитва, тем он смиреннее; чем бесчувственнее, тем гордее.

Господи! се сосуд Твой есмь: наполни мя дарованиями Духа Твоего Святаго, без Тебя я пуст всякого блага, или паче — полн всякого греха. Господи! се корабль Твой есмь: исполни мя грузом добрых дел. Господи! се ковчег Твой: исполни его не прелестию сребролюбия и сластей, а любовию к Тебе и к одушевленному образу Твоему — человеку.

МОЛИТВА О СПАСЕНИИ ОТ ЛИЦЕМЕРОВ; ПРОСЛАВЛЕНИЕ ПРАВЕДНИКОВ

Повелитель единственный, исполненный милосердия, Всевышний, Властелин истинный!

Сохрани меня и спаси в милосердии Твоем великом от лжецов и лицемеров,

Сжалься надо мной, сохрани меня и спаси!

И да не прилепится ко мне ни единое слово лживое и лицемерное, упаси Б-г!

И да не придет мне на ум похваляться превосходящим мое разумение и для меня непостижимым,

Вводя этим в заблуждение себя и других!

Властелин мироздания! Ты знаешь, как безмерна возвышенность и святость

Подлинных праведников, сынов восхождения, несравненных в великолепии величия их.

Они удостоились того, чего удостоились,

Касаясь подчас предметов возвышенных, непостижимых и воистину грозных, они говорят о них правдиво и искренне.

Все слова их истинны и справедливы, по ним можно судить о величии

Творца, благословенно имя Его,

Уделившего боящимся Его от мудрости Своей и наделившего подлинных праведников даром постигать непостижимое и

грозное и говорить о нем.

Однако чудом деяний Твоих Ты сопрягаешь противоположности

И в безмерной мудрости Твоей предусмотрел место для ошибки.

И вот, праведникам противостоят лжецы и лицемеры, подобные занозе в теле человека,

Те, что спесиво разглагольствуют о непостижимом, словно нет для них ничего недоступного.

Речения великие и грозные, исходящие из уст праведников в истине и чистоте,

Они извращают языком лжи и заблуждения.

И вот я предстал пред Тобою, исполненным милосердия, и молю:

Сжалься над нами и всем народом Твоим, Исраэлем,

Сохрани и спаси нас от лжецов и ханжей, рядящихся не в свой талит.

Сохрани и спаси нас, Страж Исраэля,

Чтобы мы не были введены ими в заблуждение и даже слуху о них не было.

Да не будет у них ни силы, ни власти причинить нам хоть ничтожный ущерб – телесный или духовный!

(Ликутэй Тфилот, ч. 2, 16)

ФРАГМЕНТ ИЗ КНИГИ "ПАРПЭРАОТ – ОХМА" РАБИ НАХМАНА ИЗ ЧИГИРИНА, ПОСВЯЩЕННЫЙ ПОУЧЕНИЮ "И СКАЗАЛ БОАЗ РУТ”

Поучение "И сказал Боаз Рут" было высказано летом 5566 (1806) года, в месяце сиван, вскоре после кончины сына учителя нашего раби Нахмана – Эфраима, святого младенца. В помещении, пристроенном над домом раби Нахмана, находились тогда раби Натан и еще один человек. Наш учитель не скрывал от них своего великого горя. Бедствия постоянно настигали его, нанося ему удары "изнутри и снаружи". Он сказал: "Дано ли вам уразуметь, какую страшную травму нанесла миру кончина этого ребенка? Сердце мое совершенно разбито, оно сорвано со своего места. " На глазах у него появились слезы и потекли по щекам. Раби Натан и тот другой поднялись со своего места и буквально обратились в бегство. Они чувствовали ужасную неловкость и стыд, оттого, что видели, как он плачет: казалось, весь мир перевернулся и лежит в развалинах. (Из намеков, сохранившихся в книгах раби Натана, можно понять, какой великой надежде нашего народа предстояло сбыться тогда, не умри этот святой младенец.)

На другой день, в канун субботы, раби Нахман сказал им, что, не убеги они тогда, он открыл бы им нечто замечательное, и в тот же день преподнес им поучение "И сказал Боаз Рут". Это поучение об исправлении душ и о том, как люди нуждаются в хозяине поля (бааль а-садэ), чтобы он направлял их и исправлял. Того же, кто препояшет чресла свои, дабы стать хозяином поля, постигают страдания без меры, упаси Б-г. Но он, преисполненный внутренней силы, преодолев страдание, возделывает поле. Именно об этих страданиях раби Нахман и говорил накануне.

Впоследствии он многократно касался темы исправления душ и, в частности, когда вернулся из поездки в Лемберг (Львов) и заговорил о переезде в Умань, сказав, что избрал Умань местом своей кончины и захоронения ради исправления душ, дожидающихся этого уже сотни лет.

Теперь, говоря о хозяине поля, он рассказал, что, еще живя в Златополье, кое о чем догадывался. С той поры он узнавал о хозяине поля все больше и больше, но самое важное понял в последнее время. И это знание, которым он ныне обладает, поистине чудесно и потрясающе. Все его странствования и все его страдания имели единую цель – исправление миров и исправление душ живых и умерших. Этим, прежде всего, он занят в конце своей жизни.

За день до его кончины он спросил раби Натана, помнит ли тот его рассказ о Бааль Шем Тове, как тот пришел в одно место, где пребывало множество падших душ, которые он должен был исправить, и понял, что может добиться этого только ценою собственной жизни (см. "Хайей Моаран", 191, 217). И сказал: "С давних пор многие ждут меня здесь с нетерпением в надежде привлечь сюда. Скажу тебе: тысячи, десятки тысяч!"

Слово "десятки" он произнес с нажимом, давая понять, что в Умани пребывают десятки тысяч душ, и сейчас они окружают его в уповании, что он их исправит. Вот почему пришлось ему изведать горечь страдания, перенести столь тяжкие муки. Затем раби Нахман повернулся к стене и протянул в ее сторону руки жестом, как бы говорившим: "Вот я отдаю свою душу. Я полностью готов ко всему ради Него, Благословенного!"

Ночью, это была ночь четвертого дня Суккот, последнего дня его святой жизни, после полуночи, когда при нем находились раби Нафтали и раби Шимъон, он снова повторил, что в Умани пребывает множество душ, ожидающих исправления. И сказал: "Сколько было здесь казней, сколько здесь было святых. "

Раби Нафтали спросил:

– Разве в поучении "И сказал Боаз Рут" вы не говорите, что величайший цадик способен завершить исправление душ при своей жизни?

И он, благословенна его память, ответил:

– Да, но имеется в виду лишь один из аспектов исправления душ. Чтобы исправить их полностью, надо отдать жизнь!

После этих слов он вручил раби Нафтали и раби Шимъону ключ от комода и наказал им сразу же после его кончины, как только его положат на землю, извлечь из комода все его рукописи и без всяких колебаний немедленно сжечь их все до единой. Полные смятения, раздавленные горем стояли они перед ним. И шепотом признались друг другу, что теперь у них уже не остается сомнений – он приготовился покинуть этот мир!

– К чему вы шепчетесь? – сказал им учитель наш. – Можете говорить о моей кончине, не скрываясь, я совсем не страшусь ее! Если же вы озабочены тем, что станется с вами, то не следует вам беспокоиться – ведь я отправляюсь перед вами. Даже души, не знавшие меня, уповают на меня, что я их исправлю. А вам-то уж и вовсе нечего тревожиться – я иду впереди вас! (см. "Йемэй Моаранат").

В книге раби Натана "Хайей Моаран", где также описана эта ночь перед кончиной учителя, говорится, что на раби Нахмана могут полагаться даже те, кто не знал его при жизни, – если будут приходить на его могилу, изучать его труды и встанут на путь, указанный им. Блаженна их участь, ибо не будут обвинены полагающиеся на него. И это относится также к грядущим поколениям.

Подтверждение тому мы находим в поучении раби Нахмана "Я Всевышний, Властелин твой". Там содержится намек, что исправления, в частности исправления, которых удостаиваются за то, что перед праведником исповедуются, открывая ему свое сердце, возможно достичь и после его кончины. Намек этот скрыт в том месте поучения, где говорится, что кости Йеуды не находили себе покоя до тех пор, пока Моше не сказал: "Услышь, Всевышний, голос Йеуды!" – и тем самым напомнил о его исповеди (имеется в виду признание неправоты по отношению к Тамар).

Отсюда следует, что раз праведник может исправить души людей прошлых поколений, его не знавших, то, разумеется, он способен исправлять души людей последующих поколений, людей, опирающихся на его заслуги и стремящихся воплотить в жизнь его учение.

ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ "НАХАЛЬ НОВЭА" (Неиссякающий родник)

Один хасид спросил учителя нашего, как понять, как объяснить себе самому те стихи из псалмов Давида, да осенит мир его душу, где он восхваляет самого себя, например: "Сохрани мою душу, ведь я благочестив. " (Псалом, 86:2). Ответил ему учитель: "Чтобы понять – надо примерить к себе. Ибо и себя тоже следует судить благожелательно, надо обнаружить в себе хоть какие-то достоинства, найти в себе зерно добра, средоточие праведности. Ведь сказано о Еошафате: "И возвысилось сердце его на путях Всевышнего" (Диврэй аЯмим, II, 17:6). Ибо на путях Всевышнего и в служении Ему возвышается сердце человеческое".

И еще сказал учитель наш: "Каждое утро мы сперва говорим: "Что мы, что жизнь наша. " – тем самым предельно принижая себя в своем самоуничижении. А после этого мы говорим: "Но ведь мы народ Твой, сыны завета Твоего. " – мы ободряем себя, превознося себя, говорим о величии нашем, называя себя народом завета Его, потомками Авраама, Ицхака и Яакова. Так и положено вести себя, когда служишь Всевышнему. (См. в Ликутэй Моаран, ч. 1, стр. 282 истолкование стиха: "Буду воспевать Властелина моего, пока я жив. ")

Многократно наставлял он нас молиться во всю свою силу и не раз повторял, что, вопреки довольно распространенному мнению, нужно без всяких колебаний подчинить себя молитве. Он говорил, что когда человек молится целеустремленно (бэ-кавана), поддерживая неразрывную связь мысли и слова, прислушиваясь к словам, которые он произносит, тогда, как бы само собой, сила вливается в них, ибо силы души человеческой только и ждали этой возможности. И тогда человек без всякого самопринуждения молится в полную силу.

По поводу посторонних мыслей во время молитвы. Известно, что каждая такая мысль обладает своей конфигурацией и статью (как человеческое тело). Он сказал, что для того, чтобы победить мысли, чуждые молитве, надо не обращать на них внимания, продолжая молиться, следуя установленному порядку молитвы. И тогда посторонние мысли исчезают сами собой. Игнорируя их, молящийся повергает их в прах, у одной отсекая руку, у другой – ногу и т.д., как воин на войне, расчищающий себе путь на поле брани и повергающий одного врага за другим и не оглядывающийся на повергнутых. Ибо каждая чуждая мысль есть нечистая оболочка (клипа), обладающая определенной конфигурацией и стремящаяся развернуться во всю свою стать. Игнорируя их, молящийся калечит их и уничтожает.

Однажды сказал он, что если бы можно было переместить умершего в этот мир и дать ему помолиться, он молился бы замечательно, в полную силу.

Слышал я от одного из приверженцев раби Нахмана что однажды они говорили об одежде. Тот сказал ему, что надо молиться Благословенному, чтобы дал нам, во что одеться. Точно так же следует приучить себя молиться о любой вещи и потребности, большой и малой. Хотя, несомненно, что главное – это молиться о главном, т.е. о том, чтобы через служение Всевышнему удостоиться приблизиться и прилепиться к Нему. Однако также и о простых и незначительных житейских вещах надо молиться. И он добавил, что тот, кто не поступает так, уподобляется животному. Ибо так же, как и животному, Всевышний дарует ему все насущно необходимое для жизни в этом мире. И, подобно животному, он получает все это без молитвы, 6eJ обращенной к Всевышнему просьбы наделить его всем жизненно необходимым. Человеку же пристало именно молитвой своей привлекать к себе всякое благо, большое или малое, ниспосылаемое ему с небес.

Случилось, что я крайне нуждался в некоей весьма и весьма незначительной вещи. И учитель наш велел мне молиться о ней Всевышнему. Я был потрясен, потому что мне казалось неподобающим обращаться к Нему, Благословенному, – а такого ничтожного пустяка, без которого я, в конце концов, мог как-то обойтись. И тогда сказал мне учитель, и в голосе его прозвучало изумление: "Ты полагаешь, что это ниже твоего достоинства – молиться Всевышнему о таком ничтожном пустяке?!" И потом рассказал мне небольшую историю, происшедшую с одним человеком из Меджибожа, а суть ее была в том, что обо всем на свете нужно молиться Всевышнему.

Однажды обратились к раби Натану с вопросом, не предпочтительней ли молиться как можно быстрее, чтобы таким образом избежать посторонних мыслей. И Моаранат (учитель наш раби Натан) ответил, что если молиться быстро, вся молитва может быть испорчена одной-единственной посторонней мыслью. Когда же молишься не спеша, то уж во всяком случае можно хоть на какое-то время пресечь посторонние мысли.

Выше было разъяснено, что не следует обращать внимания на пустые, отвлекающие от молитвы мысли, а, игнорируя их, нужно продолжать молиться в установленном порядке, вникая в смысл каждого слова молитвы, все глубже погружаясь в нее и отрешась от всего постороннего.

Оценка 4.1 проголосовавших: 189
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here