Молитва перед боем тамплиеры

Полное собрание и описание: молитва перед боем тамплиеры для духовной жизни верующего человека.

Молитва тамплиера

Из псалма Давида , 24.

влага во фляге-звонче подков,

вон чё творит , иссушая самум,

вырвать из рук порываясь суму.

стремя , как время, у самой ноги,

волосы по ветру – быстрым ручьём,

ну а навстречу -сплошь варначье!

этот псалом посвящаю мечу.

Пусть воссияет хрустальным крестом.

Где ты Изольда? Я твой Тристан.

словно солома. На небе -знаменье.

Саблей кривой сарацина – комета.

В бой за Христа! Мы сыны Камелота.

выбросив тлен галеона на сушу,

вольной волной растащи черепки,

я направляюсь к тебе через Кипр.

только отчалим от пляжей Ларнаки,

здесь ли,в Париже мы ляжем костьми,

Господи, ты нас избавь ото тьмы!

Свидетельство о публикации №114100908918

орла преломив двеглавие,

но охнула Русь избяная , святая,

рожая романные главы.

по шрамам кандальных этапов,

не помня уже ни знамён, ни имён,

из бездны клубясь сиволапо.

готовила впрок террористов,

пока твоё имя сверкало в веках,

как будто в фужерах игристое.

чтоб бивни поршней паровозных

со стоном под насыпь железо вагонов

столкнули угрюмо и грозно.

как Индия македонянину,

для сына -наследство, священнику-сан,

сановнику – вечная манна.

дробясь на раздельные досточки,

Литва, Украина -вагон на вагон,

светясь Достоевского косточками.

пришествие дней несомненно последних,

когда уже сброшен каркас кринолина,

княжна так нежна – да и нужен наследник.

*1 ноября 1994 года в Ливадии скончался император Александр III

Статьи

Последняя молитва Жака де Моле

Вадим Карелин

Хлопнула тяжелая дверь, на мгновение прервав размышления Жака де Моле. Но уже через мгновение узник вновь погрузился в блаженное состояние покоя и умиротворенности. Посланец, которого он так долго ждал, предстал перед Великим Магистром и уверил его, что все указания выполнены и дело Ордена будет продолжено. Боль и тревога, не отпускавшие сердце старого тамплиера долгие шесть лет заключения, уступили место великой благодарности. «Свершилось, Господи…» Через несколько дней он отречется от всех слов против Ордена, восстановит его святость и чистоту и 18 марта 1314 года взойдет на костер.

Еще несколько дней — такая малость для того, кто не терял надежды долгих шесть лет, — и он станет по-настоящему свободным. Господи, с какой легкой душой он покинет этот мир! А сейчас? Разве сейчас есть хоть что-то, что может ограничить его свободу?!

Жак де Моле медленно повернулся на восток и закрыл глаза. Не чувствуя боли в старческих суставах и изуродованных пытками ногах, он опустился на колени прямо на холодный каменный пол. «Восстань, светись, Иерусалим, ибо пришел свет твой и слава Господня взошла над тобою» — только и смог расслышать прилежный скриптор, записывавший каждый звук в этой камере, ибо остальное было уже произнесено не физическими устами.

Великий магистр Ордена Храма молился. Всеми силами своей души он возносил благодарность Тому, ради кого жил, кому служил всю сознательную жизнь. Он никогда не просил чудес, но разве не чудо произошло сейчас? Факел орденской миссии, как и было предсказано, не погас, а передан в надежные руки, и можно не беспокоиться: дело будет продолжено. В другом месте, но с теми же символами; именно так ему сказали.

«Над тобою воссияет Господь, и слава Его явится над тобою. И придут народы к свету твоему, и цари — к восходящему над тобою сиянию…»

Жак де Моле творил молитву, и окружавшая реальность постепенно растворялась светлых образах, милых его сердцу. В них не было привычной строгости и четкости; впервые в жизни суровый рыцарь, посвященный в таинства изначального христианства, дал полную волю любви, теснившей его грудь.

Вот он стоит на коленях перед святым Бернаром. Их разделяют два столетия. Разве это имеет теперь значение? Он всю жизнь мечтал преклонить колени перед человеком, давшим Ордену мечту о Храме. О Храме, убранство которого «в религиозном энтузиазме его обитателей», в котором «можно преклоняться пред всеми видами добродетели и благих деяний». Святой Бернар, этот великий исповедник, знал, что для восстановления Храма на земле потребуется Новое рыцарство, чудесным образом сочетающее в себе монашеские и рыцарские добродетели. Сколько раз, еще не будучи принятым в Орден, размышлял Жак де Моле над его словами: «Если кто-либо сильно противостоит врагу во плоти, уповая лишь на крепость плоти, едва ли я отмечу это, ибо примеров тому множество. Также и когда кто-либо борется с демонами и пороками одной лишь духовной силою; нет в этом ничего удивительного, хотя и заслуживает похвалы, ибо мир полон монахов. Но когда видишь человека, мужественно опоясывающего себя обоими этими мечами, кто не сочтет это достойным всяческого удивления, тем более что ранее такого не случалось!»

Каждый рыцарь в Ордене в самой глубине души мечтал пройти обучение под покровительством Бернара — или чьим угодно, но в его духе. По учению Бернара Клервоского, чтобы различать, где скрываются темные силы, и не карать невиновных, рыцарь сначала должен победить демонов в себе, утверждаясь в целомудрии, бедности, послушании, молитве и посте. Великий Магистр на себе испытал, что это значит, и не раз отговаривал горячих юношей от опрометчивости в выборе рыцарского пути, ведь не ведали они еще своей истинной силы.

«Приими, Господи, всю свободу мою. Возьми память, разум и волю мою. Все, что имею или чем располагаю, все мне Тобою даровано, и потому предаю все в полное Твое распоряжение» — повторяли губы слова, с которых начиналось обучение.

Жак де Моле, до последнего часа остававшийся простым воином Христовым, вдруг вспомнил, как более сорока лет назад его посвятил в братья-рыцари Эмбер де Перо, генеральный смотритель Одена. Тогда вновь посвященный впервые услышал слова этой молитвы, тогда ему впервые объяснили их сокровенное значение, которое стало понятным лишь много лет спустя. Его духовный наставник, чье имя он не имел права никому передавать, говорил о стяжании божественной благодати и о свободном выборе человека. Он объяснял неофиту, которому суждено было стать 23-м, последним Великим Магистром тамплиеров, как найти источник силы и благочестия, который не иссякнет вовеки. Знал ли он тогда, как будет благодарить его и молиться о его спасении его ученик Жак де Моле? Согласно учению тамплиеров, физическая природа человека ограничена и смертна. Лишь будучи осененной божественной благодатью, может расцвести и принести поистине прекрасные плоды его душа.

Самоуверенность в Ордене порицалась, но еще большей ошибкой считалось простое упование на Господа, парализующее свободную волю рыцаря. Нет, Царствие Небесное берется приступом. Знакомые строки всплыли перед мысленным взором Жака де Моле, и он не сдержал улыбки: надо же было ему назвать себя на процессе «бедным и неграмотным». Неграмотный Великий Магистр… Но в голове уже звучали слова святого Бернара: «Отними свободный выбор, и не будет того, чем спасаемся; отними благодать, и не будет того, что есть причина спасения. Дело спасения не может совершиться ни без того, ни без другого: во-первых, без того, чем совершается, во-вторых, без того, в чем совершается». Да, именно таким должен был мыслить себя тамплиер, надевший белый плащ, — чистым сосудом, готовым вместить и исполнить Его волю. Подлинным воином, готовым сразиться с демонами за вожделенную чистоту. Неслучайно в своем трактате «О военных хитростях» аль-Харави предупреждал Саладина, что рыцарей Храма надлежит особо опасаться, «ибо эти монахи одержимы в своем религиозном рвении и не обращают внимания на то, что происходит в остальном мире».

Жак де Моле снова улыбнулся и вспомнил первые годы в Ордене. Дисциплина была настолько суровой и день был расписан так плотно, что не только на «остальной мир» — на себя не было возможности обратить внимание. «Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое, да прийдет царствие Твое…» — 13 раз перед заутреней в честь Девы Марии и 13 раз в честь святого, которому посвящен день, необходимо прочесть «Отче наш». Затем две литургии и полуденная служба, на которых тамплиер обязан присутствовать. Перед приемом пищи «Отче наш» 30 раз за живых и столько же — за погибших и умерших. Потом вечеря и повечерие… И не забыть в течение каждого часа днем 13 или 18 раз повторить «Отче наш»… Он помнил, как медленно, год за годом в его душе суровое религиозное послушание преображалось в светлое молитвенное Предстояние.

«Не нам, Господи, не нам, а все во славу имени Твоего!»

Во славу имени Твоего, Господи, охранялись паломники, взыскующие Тебя и искренне стремившиеся обрести свет Твой в Иерусалиме. Во славу имени Твоего строились дороги и плыли далеко на Запад корабли. Имя Твое искали в старинных рукописях, покупавшихся на Востоке, чтобы потом навечно запечатлеть его в витражах и статуях соборов. Во славу имени Твоего в Святой земле погибли 20 000 рыцарей, но, Господи, они были самыми счастливыми из христиан, ибо жили во славу Твою! Они были счастливы неземным счастьем Причастия, которое можно испытать только в Доме Твоем, в Храме, а не его ли возрождение было миссией тамплиеров — Ордена Храма. «Соломон. построил Ему дом, — сказано в Писании. — Но Всевышний не в рукотворенных храмах живет!» Не многие, как и было заповедано, смогли осознать величие этой миссии.

Хмурым и суровым стало лицо Великого Магистра; на мгновение к нему вернулись физические чувства и боль вновь сковала тело. Он вспомнил весь фарс процесса, на котором одни далекие от праведности люди давали показания, а другие — выносили обвинения. Сколько было сказано о теле Ордена и ни единого слова — о его Душе! Да, тело Ордена, его физическая оболочка, не было идеальным. Как и любое тело, оно болело и уставало, но это никак не отражалось на чистоте Души Ордена, на вере, на идеалах, которым ревностно служили и за которые умирали рыцари! Отрекаясь при посвящении от распятия (а это стало основным обвинением против Ордена), тамплиеры отвергали принцип идолопоклонства (Бог не заключен в куске дерева; Он вообще не может быть заключенным), стремясь возродить чистоту веры, чистоту сердца.

«Боже милосердный, жертвую ныне все заслуги мои во искупление бедных душ. И все, что после смерти моей будет отдано и пожертвовано ради меня, заранее передаю я Тебе…»

Перед внутренним взором Жака де Моле один за другим вставали образы рыцарей, безвинно казненных или погибших под пытками во время процесса. Скоро, очень скоро он будет так близко к ним, как никогда раньше, а сейчас все пламя его сердца устремлялось в одном желании — облегчить их посмертную судьбу и искупить свою вину перед ними. Ведь, кто бы ни был прав или виноват, он единственный принимал всю полноту ответственности за судьбу каждого из рыцарей, он отвечал за них перед Всевышним. В сердце тамплиера в священном алхимическом союзе сочетались великая боль за братьев и великая любовь к ним и их общему Отцу. Его сердце изнемогало, пламенело, горело невещественным огнем, выжигало его изнутри и делало ближе к Богу, чем когда-либо. Он знал этот огонь, как знали его все иерархи Ордена, навсегда запечатлевшие образ пламенеющего сердца на стене в камере замка Шинон, где их временно содержали. Это была одна из тайн Ордена…

«Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое, да прийдет царствие Твое. Да будет воля твоя и на земле, как и на небе… — повторяли пересохшие уста Великого Магистра. — Да возродится Храм Твой в сердцах сынов твоих, нынешних и будущих рыцарей. Ибо не царства от мира сего взыскуем мы, а сердце человеческое есть подлинный Храм Твой. Сердце малый сосуд, говорит преподобный Макарий Египетский, но в нем вмещаются все вещи — там Бог, там Ангелы, там жизнь и Царство, там сокровища благодати». И если можно назвать великим счастье нести божественную благодать в сердце человеческом, то как воспеть счастье тысяч сердец, стяжавших благодать и звучащих в унисон?! «Можно сказать, что у множества одно сердце и одна душа», — писал о тамплиерах святой Бернар. «И эти сердце и душа более, нежели человеческие», — мысленно добавил Жак де Моле. Ведь не удача, а незримое Присутствие покровительствовало тамплиерам в сражениях и наделяло их сверхчеловеческой храбростью, устрашавшей сарацин. Не деньги и знания, а боговдохновенное мастерство позволило создать чудо готики. Воистину, Храм был восстановлен на земле рыцарями Храма, возрожден в своем исконном значении как дом Бога, как Его обитель. Почти два столетия охраняли верные рыцари путь паломников к Храму…

Но разрушен сейчас Храм Твой, Господи, и Тебе только ведомы новые сроки его восстановления. И да будет воля Твоя, и да придет время, когда вновь над землей прозвучит боевой клич тамплиеров «Да здравствует Бог, Святая Любовь!». Труден и тернист будет тогда путь рыцарей к дверям этого Храма, ибо идет он через сердце человеческое. Во славу имени Твоего, из великой любви к Небесному Иерусалиму тамплиеры заново открыли этот путь, путь любви и сострадания. На этом пути велик тот паломник, кто сумеет умалиться и омыть ноги самому несчастному, полюбив его так, как Ты полюбил нас. Воистину, как сказал Иоанн, «нет большей любви, как если кто положит душу свою за друзей своих».

Разрушен Храм Твой, Господи, но в грядущем отыщутся новые рыцари, готовые отправиться в священный поход ради того, чтобы Храм Твой восстановить!

Молитва перед боем тамплиеры

Приветствую Вас Гость

Например, в уставе сказано:

«…как сильные, так и слабые, дабы избежать беспорядка, должны петь псалом, называемый Venite с приглашением»

То есть псалом 94 (в Вульгате 95) – « Придите, возрадуемся Господеви…»

“. и гимн, сидя, и произносить свои молитвы в тишине, шепотом и негромко, дабы, молящийся не мешал молитвам других братьев.

Но в конце псалмов, когда поется Gloria Patri,

из почтения к Святой Троице, вы должны встать и поклониться алтарю, а слабые и больные – склонить свои головы”.

Латинский текст молитвы Gloria Patri:

Gloria Patri, et Filio, et Spiritui Sancto,

Sicut erat in principio, et nunc, et semper, et in saecula saeculorum. Amen.

То есть : «Слава отцу и Сыну и Святому Духу

И ныне и присно и во веки веков. Аминь.

“А когда читаются пояснения Евангелия и поется Te deum laudamus

– авторство этого гимна традиционно приписывают святому Амбруазу (4 век) или святому Августину (354 -430 гг.) (текст молитвы ниже)

“. и все хвалитны, и заутреня оканчивается, вы должны быть на ногах».

Хвалитны это – Хвали΄тные стихи΄ры – стихиры, которые поются на утрени со стихами псалмов (148, 149, 150). Поскольку в них часто повторяется слово “хвалите” – они и называются «хвалитны».

Текст молитвы Te Deum laudámus

Te Deum laudámus:

te Dóminum confitémur.

Te ætérnum Patrem,

omnis terra venerátur.

Tibi omnes ángeli,

et univérsæ potestátes:

tibi chérubim et séraphim

incessábili voce proclámant:

Sanctus, Sanctus, Sanctus,

Dóminus Deus Sábaoth.

Pleni sunt cæli et terra

maiestátis glóriæ tuæ.

te mártyrum candidátus

Te per orbem terrárum

sancta confitétur Ecclésia,

Patrem imménsæ maiestátis;

venerándum tuum verum

et únicum Fílium;

Tu rex glóriæ, Christe.

Tu Patris sempitérnus es Filius.

Tu, ad liberándum susceptúrus hóminem,

non horrúisti Virginis úterum.

Tu, devícto mortis acúleo,

aperuísti credéntibus regna cælórum.

Tu ad déxteram Dei sedes,

in glória Patris.

Iudex créderis esse ventúrus.

Te ergo quǽsumus,

tuis fámulis súbveni,

quos pretióso sánguine redemísti.

Ætérna fac cum sanctis tuis

in glória numerári.

Salvum fac pópulum tuum, Dómine,

et bénedic hereditáti tuæ.

Et rege eos, et extólle illos

usque in ætérnum.

Per síngulos dies benedícimus te;

et laudámus nomen tuum

in sǽculum, et in sǽculum sǽculi.

die isto sine peccáto nos custodíre.

Miserére nostri, Dómine, miserére nostri.

Fiat misericórdia tua,

Dómine, super nos,

quemádmodum sperávimus in te.

In te, Dómine, sperávi:

non confúndar in ætérnum.

Для полноты картины приведу также цитату из книги Барбера «Процесс тамплиеров»

«Перечислив все это, приор сказал неофитам, что теперь ему следует объяснить им, как в ордене полагается посещать церковь и трапезную, и он рассказал, что, как только прозвонят Полунощницу, они должны встать и, тихо войдя в церковь, 28 раз прочесть «Pater noster», 14 раз по случаю наступающего дня, а 14 в честь уходящей ночи , и все время хранить молчание во время службы и далее, пока не отслужат Хвалитны, и затем каждый канонический Час читать четырнадцать раз «Pater noster» и, по мере возможности, повсюду посещать церковную службу — Полунощницу, Хвалитны, Час первый, Час третий, полуденные молитвы Часа шестого и девятого, а также Вечерню и Повечерие; после мессы по удару колокола они должны собраться за столом в трапезной, и каждый брат должен прочесть «Pater noster» по крайней мере один раз;

а закончив трапезу, должны вернуться в церковь, если она поблизости, и поблагодарить Господа, и пусть капеллан вознесет хвалы Господу, прочитав молитвы и «Miserere mei», и пусть все братья прочитают «Pater noster» хотя бы единожды; а если поблизости церкви нет или до нее очень далеко, они должны делать это в префектории, или же в своем приорстве, там, где живут, причем стоя, а не сидя. Затем, когда пробьет Час девятый (Пятый из семи канонических часов или служб; около 3 часов дня), они должны вернуться в церковь и 14 раз прочесть «Pater noster», a во время Вечерни — 18 раз; в другие же Часы им не обязательно читать молитву столько раз, если они присутствуют на службе, где молитвы читают или поют священнослужители, если только сами они этого не пожелают; и во все канонические часы они должны начинать молиться с «Pater noster»; но в Повечерие они читают эту молитву во имя каждого канонического часа Пресвятой Девы Марии, дабы подчеркнуть, как сказал им тот приор, что их орден был создан во Ее имя и прекратит свое существование во Ее честь по воле Господа. И помимо вышесказанного, он велел им каждый день перед каждой трапезой шестьдесят раз читать «Pater noster», a именно — тридцать во имя живущих, чтобы Господь мог бы вести и наставлять их, храня их до смертного часа, и тридцать во имя усопших; так, по словам этого приора, было предписано генеральным капитулом всем братьям во время вступления их в орден;.

«Pater noster» – наиболее известная молитва – «Отче наш…», и, как видим, наиболее употребительная у тамплиеров

Слова взяты из Евангелия от Матфея 6: 9-13

Текст Miserere mei

– это молитва о прощении и милосердии, базируется на словах 50 псалма (в Вульгате 51)

«Помилуй мя, Боже, по велицей милости твоей…»

Miserere mei, Deus: secundum magnam misericordiam tuam.

Et secundum multitudinem miserationum tuarum, dēlē iniquitatem meam.

Amplius lavā me ab iniquitate mea: et peccato meo mundā me.

Quoniam iniquitatem meam ego cognōscō: et peccatum meum contra me est semper.

Tibi soli peccāvī, et malum coram te fēcī: ut justificeris in sermonibus tuis, et vincās cum judicaris.

Ecce enim in inquitatibus conceptus sum: et in peccatis concepit me mater mea.

Ecce enim veritatem dilexisti: incerta et occulta sapientiae tuae manifesti mihi.

Asperges me, Domine, hyssopo, et mundābor: lavābis me, et super nivem dēalbābor.

Auditui meo dabis gaudium et laetitiam: et exsultabunt ossa humiliata.

Averte faciem tuam a peccatis meis: et omnes iniquitates meas dele.

Cor mundum crea in me, Deus: et spiritum rectum innova in visceribus meis.

Ne projicias me a facie tua: et spiritum sanctum tuum ne auferas a me.

Redde mihi laetitiam salutaris tui: et spiritu principali confirma me.

Docebo iniquos vias tuas: et implii ad te convertentur.

Libera me de sanguinibus, Deus, Deus salutis meae: et exsultabit lingua mea justitiam tuam.

Domine, labia mea aperies: et os meum annuntiabit laudem tuam.

Quoniam si voluisses sacrificium, dedissem utique: holocaustis non delectaberis.

Sacraficium Deo spiritus contribulatus: cor contritum, et humiliatum, Deus, non despicies.

Benigne fac, Domine, in bona voluntate tua Sion: ut aedificentur muri Jerusalem.

Tunc acceptabis sacrificium justitiae, oblantiones, et holocausta: tunc imponent super altare tuum virtulos.

Наверняка были свои «свои специальные» молитвы и чиноположения.

– На освящение оружия, знамен (баннеров)

– Молебен о животных

– От мора и глада

Должен был быть обязательно молебный чин «На брань идущим».

Подобные аналоги можно найти даже в современных молитвословах.

Когда колокол созывает на трапезу, следует прийти к столу и ожидать священников и духовников, чтобы прочитать молитву перед едой. Вы должны взять на свою долю хлеба и воды, прочесть молитву, после чего можете сесть и преломить ваш хлеб. Если вы окажетесь рядом со священником, вам следует смиренно произнести «Отче наш» перед тем, как преломить свой хлеб

После того как вы поели, вам следует направиться в часовню вместе со священниками и в молчании воздать благодарность Спасителю. Вы не должны разговаривать прежде, нежели прочтете «Отче наш», и священник возблагодарит Бога. Если же священника поблизости не окажется, вы можете сразу приступать к своим обязанностям. Когда услышите, что звонят девятый час, идите в часовню: если есть там священник, следует его послушать, если же его нет — произнесите тринадцать раз «Отче наш», семь раз «Богородицу» и шесть раз дневную молитву (Молитва в честь святого, которому посвящен этот день). Надо также присутствовать на вечернях, если же священника нет, полагается восемнадцать раз прочесть «Отче наш», девять раз «Богородицу» и девять раз дневную молитву. После этого можете отправляться ужинать. Когда колокол прозвонит повечерие, следует немного угоститься, чем Бог послал: вином или водой — по выбору магистра. Затем, если вы получили какие-нибудь распоряжения, нужно их исполнить. После этого вы должны прослушать службу повечерия (Повечерие включено в суточный круг богослужений, регламентированный Типиконом и Часословом. Этот круг богослужений состоит из служб (в православии их девять), посвященных тому или иному церковному событию или благочестивому размышлению: повечерие совершается перед отходом ко сну и проникнуто мыслями о смерти), если у вас есть священник, если же нет — прочесть четырнадцать раз «Отче наш», семь раз «Богородицу» и семь раз дневную молитву.

Далее вы отправляетесь спать. Если вы захотите в это время отдать какие-либо распоряжения вашим слугам, можете это сделать. В постели, перед тем как заснуть, прочтите один раз «Отче наш». Услышав звон к заутрене, нужно встать и прослушать мессу, если же нет священника — прочтите двадцать шесть раз «Отче наш», тринадцать раз «Богородицу» и тринадцать раз дневную молитву. К этому добавьте тридцатикратное повторение «Отче наш» в память умерших и тридцатикратное в честь живых — прежде чем приступить к питью, если это не вода, и еде. Не следует жалеть своих трудов, если только вас не одолели телесные немощи, ибо мы молимся за своих братьев, сестер и благодетелей, покуда Господь не приведет их к доброй кончине и не дарует им свое прощение. Если же таковых у вас не имеется, можете вновь укладываться в постель. Когда услышите, что звонят последовательно первый, третий час и полдень, следует послушать священника или самостоятельно прочесть тринадцать раз «Отче наш», семь раз «Богородицу» и шесть раз дневную молитву. То же самое в третий час, то же самое в полдень перед едой.

Если вы находитесь в доме Ордена тамплиеров, где умер один из братьев, или если вы найдете приют в таком доме, то вы должны по сто раз читать «Отче наш» за упокой его души в течение семи последующих дней. Если же Господь упокоит Великого магистра, вы должны будете по двести раз читать «Отче наш», в каком бы месте вы ни оказались, в течение семи дней. И вы не можете уклониться от чтения «Отче наш» по умершим, разве что по причине телесного нездоровья .

222. “Господь, смилуйся над нами. Христос, смилуйся над нами. Господь, смилуйся над нами. Отец наш . И не введи нас в искушение. Но избавь нас от зла. Храни слугу Твоего. Господь мой, кто вверяет себя Тебе. Пошли ему, Господи, помощь из святилища. И оберегай их с Сиона. Будь ему, Господи, башней крепости. Перед лицом врага. Господь, услышь мою молитву. И позволь гласу моему достичь Тебя. Да будет с тобой Бог. И с духом твоим”.

“Помолимся, [братья]. Всемогущий и вечный Господь, смилуйся над слугой Твоим и направь его в милости Твоей по пути вечного спасения, дабы по воле Твоей, возмог он пожелать угодного Тебе и совершать то во всей добродетели, через Господа нашего . “.

При принятии в Орден такие молитвы:

276. Затем он должен возлечь поперек алтаря и, распростершись, сказать: “Прими меня, Господи, по слову твоему, и дай мне жизнь”.

А прочие братья должны сказать: “И да не сокрушишь ты меня в моей надежде”. Затем он должен сказать: “Господь есть свет мой, Господь есть защитник моей жизни”. Затем: “Господь, смилуйся над нами. – Христос, смилуйся над нами. – Господь, смилуйся над нами. – Отче наш”.

А затем священник должен сказать: “И не введи нас. “.

Возвожу очи мои к горам. – Откройся нам, Господи. – Храни меня, Боже. – Когда я взываю, услышь меня. – Я как заблудшая овца. – Как хорошо и как приятно. – Благословенно будет имя Господа. – Господь, услышь молитву.

277. Помолимся, [братья]. Прими, мы ищем Тебя, о Господи, то Твой слуга бежит от бурь мира сего и западней дьявола, дабы быть принятым Тобою, и получить защиту в этом мире и награду в мире грядущем через Христа .

278. Господь, Тебя, кто чрез святых отцов наших установил власть Ордена, Тебя мы просим о милости, дабы в упокоении заступничества всех Твоих святых, Ты мог взглянуть милостиво на Твоего слугу, что отрекся от мира, и мог Ты направить сердце его от мирского тщеславия к любви к его вечному призванию, и излить на него милость, что есть в Тебе, так, чтобы с Твоей защитой мог он исполнить то, в чем, по воле Твоей, принес он обет, и завершив службу свою, мог он заслужить все то, что создал Ты и обещал тем, кто верует в Тебя.

Оценка 4.1 проголосовавших: 189
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here